Манша лишь пожала плечами, и с аппетитом захрустела своим завтраком. Нет, похоже, сразу с клопами жрет…
— Ээ…Ну ладно, приятного аппетита, а я пойду, не буду тебе мешать. — я помахал ей рукой на прощание, а сам отправился обратно в лагерь.
И чего я так всполошился? Может из-за всех этих приключений у меня развилось ОКР? Чем оно лечится в нашем мире? Наверняка наркотой какой-нибудь…Короче нужно просто отдохнуть и расслабиться, желательно с бутылочкой чего-нибудь сорокаградусного. Это всегда помогает!
А веганка эта? Ну какая от нее опасность, в нее пальцем ткни — пополам переломится. Да и не настолько она шизанутая, чтобы на людей кидаться…
В этот момент, из-за моей спины раздался страшный рев, резко обернувшись, я увидел стоящего на месте Манши здоровенного бурого ублюдка-медведя. Под его когтистыми лапами лежала рваная накидка веганки.
Он ее сожрал что ли? Или это…Но медведь не позволил мне погрузиться в размышления, быстро выпрыгнув из малинника, он побежал ко мне, и явно с недобрыми намерениями!
Под землей я насмотрелся на куда более страшный тварей, потому злобно-ревущая шерстяная подстилка меня не испугала. Да и опыт обращения с такими парнями у меня имелся. Запустив в зверя метательный нож, моментально увязший в его густой шерсти, я резво отпрыгнул за дерево. И, в нужный момент, разложив свою дубинку подставил ее под ноги летящего зверя. Набравшая разгон тварь споткнулась, и кубарем покатилась вперед, ожесточенно кусая невинную землю, в попытке затормозить. Решив не упускать момент, я напал на нее со спины. Я замахнулся Олафом и ударив тварь по плечу, активировал оглушение, но в последний момент, медведь удачно взмахнул лапой и выбил из моих рук дубину, та отлетела куда-то в кусты. Оглушение, однако, сработало и я оказался перед выбором — ползти в кусты и искать свое оружие, либо драться прямо так, используя преимущество перед обездвиженным зверем. Делать нечего — выхватив два метательных кинжала из перевязи, я прыгнул на спину оглушенной твари и принялся наносить беспорядочные удары в район шеи и головы. Бурным потоком хлынула кровь, оросив алой краской мои руки, но тут шерстяной агрессор вышел из оглушения и скинув меня со спины, сам налетел сверху, принявшись в исступлении колотить лапами по земле. Кажется я задел ему глаз, отчего точность бурого ублюдка серьезно снизилась.
Оказавшись под медведем, не дожидаясь пока он придавит меня всем своим весом, я полоснул лезвием ему по носу, а после вонзил оба кинжала в глаза, и в этот же момент черепушка зверя смялась от сильного удара черно-зеленого моргенштерна. Эту булаву я вынес из навского дворца, и подарил Фририху, как коллеге по оружию. Вот, не зря говорят — добро возвращается!