Пилот похромал в столовую, как только смог кое-как подняться. Правая нога почему-то почти не гнулась, ощущаясь как деревянный костыль. Нейросеть ругалась красными сообщениями о срочной необходимости в госпитализации. Ладони, густо покрытые зелёным киселём никак не могли оттереть веки. Всё виделось расплывчатым и мутным.
Однако, ввалившись в столовую, Клим прищурившись опознал Акаю и Шакти, которые пили кофе. Саурянка пристрастила к Земному напитку и новую подругу. Обе снисходительно уставились на голого пилота покрытого биогелем.
— Что за спешка, кан? Есть ведь общепринятые правила выхода из капсулы.
— Хан сказал, что КСы портят учётную запись.
— Но это же слухи, — всплеснула руками белоснежка. — Он же сказал, что это слухи?
— Сказал, — хрипло проворчал Клим, сплёвывая биогель и повернулся к Шакти. — То-есть всё в порядке?
— Это как посмотреть, кан. Мы вступали в бой последними, мой флот не успел втянуться, но вовремя успел отойти. Поэтому половина рода увидела как я погибаю. Теперь мне нельзя возвращаться.
— А как же клятва роду?
— Во время прошлой встречи Шорм Хан Велес заставил меня поклясться, что я не выдам секрет «Куба». А это случиться, если я вернусь живой. Теперь одна клятва уравновешивает другую. Я свободна от обязательств перед родом.
— Надо же как удачно, — Клим с облегчением опёрся о переборку. — Как он только разобрался в этих ваших саурских обычаях, чтобы так всё устроить? Я тогда в медкапсулу на часок, если вы не возражаете.
Крутой «МЕК-КОН 3200» справился с очисткой организма от остатков плесени «Ри-тай» за десять минут. Поэтому когда Клим вернулся в столовую девушки всё ещё пили кофе.
— У нас новая проблема, — с порога огорошила белоснежка. — На днях пропал один из маяков. Воровать их тут некому, возможно пропажа связанна с передвижением «Куба». Ты не мог бы взглянуть твой маяк на месте? Ты же помнишь, что каждый видит только свой? Нужно убедиться.
— Ага, щас гляну.
По дороге Клим проверил логи убежища и убедился, что какое-то время назад, совпадающее с моментом взрыва некой нейронной бомбы, из строя вышел один из дроидов лаборатории. У него внезапно «полетел» модуль памяти. Осталось лишь зайти в панель управления главного искина и окончательно почистить следы, чтобы никто уже не смог проследить чем именно занимался дроид до поломки.
Клим остановился возле «глобуса» из летающих серых мотыльков. Среди них затесалась цветастая бабочка его собственного маяка. А маяк Хана лежит недалеко, под снимающейся плитой пола. И возможно, белоснежке об этом знать совершенно необязательно. Крепче будет спать.