– Послушай… Мы не хотели, чтобы ты узнала так.
– Правда? А когда вы собирались мне сказать. Или может я должна была вас застать с коляской? – голос ломается. – Семь лет, Дима! Семь лет я лечилась ради нас!
Он опускает взгляд.
– Я устал ждать, Анна. Я просто хотел семью.
– Семью? – я делаю шаг назад. – Так вот она где, твоя семья. В моей спальне с лучшей подругой.
Ольга вдруг поднимает подбородок.
– Он любит меня, Аня. Прими это. Я жду ребёнка. А ты бесплодна.
Всё.
Воздух выходит из груди. Мир мутнеет.
– Повтори, – шепчу.
– Я беременна, – произносит спокойно, будто ставит точку в чужой жизни.
Я чувствую, как ноги подгибаются. Сжимаю край стола, чтобы не упасть.
– Убирайтесь. Оба.
Дмитрий тянется ко мне:
– Подожди, мы…
– Вон!
Он молчит секунду, потом берёт Ольгу за руку и выходит.
Когда дверь захлопывается, я падаю на пол. Пальцы дрожат, сердце бьётся в висках.
Я медленно открываю сумку, достаю снимок УЗИ и кладу на пол. Мой долгожданный .
Наш…
Нет. Мой. Только мой.
Я закрываю глаза, и сквозь слёзы шепчу:
– Ты не пострадаешь, малыш. Даже если нас двое против всех – ты станешь моим счастьем.
Глава 2.
Не помню, как дошла до кровати. Наверное, просто упала. Всё тело будто налито свинцом, в голове – пустой гул, как после взрыва. Перед глазами снова встаёт лицо Ольги – её холодная улыбка и эти слова:
«Бесплодная. Он любит меня».
Я сжимаю подушку, будто она может заглушить боль, но не получается. Слёзы уже не текут – просто нет сил плакать. Хочется выть, но выходит только хрип.
– Господи… за что? – шепчу в темноту.
Ответа нет. Только гул в ушах и ощущение, что воздух режет лёгкие.
Я вспоминаю Диму – как он держал меня за руку в клинике, когда я плакала над очередным отрицательным тестом. Как гладил по волосам, шептал: «Не переживай, всё получится. Я рядом».
Лгал.
Спокойно, уверенно, с той же интонацией, которой говорил, что любит.
В груди будто ломается что-то. Я встаю, бреду на кухню. На столе – кружка, чай, недоеденный пирог. Всё так, как было час назад. Только теперь – чужое.
Дом чужой. Воздух чужой. Я в нём – лишняя.
Телефон мигает – сообщение. Сердце вздрагивает, но это не он.
Банально: доставка воды напоминает о заказе. А я улыбаюсь. Безумно, глупо, потому что уже не знаю, смеюсь я или плачу.
Открываю окно. Ветер бьёт в лицо, и вдруг накрывает отчаянная злость.
На него. На Ольгу. На себя. Особенно – на себя. За то, что не видела. Не чувствовала. Верила.
– Ну и дура, – шепчу отражению в стекле. – Какая же дура.
Тишина отвечает эхом.
К утру я так и не уснула. Встала, умылась, собрала волосы, натянула пальто.