Перед окончанием учебного года я проводила очередной плановый осмотр всех ребят, которые занимались в секциях и к концу третьего дня была полностью вымотана от усталости.
Мне казалось, что я уже заполнила все медкарты, когда в кабинет постучали.
— Доктор, у меня жалобы, — сказал Касьянов с совершенно серьезным видом, усаживаясь на стул перед моим столом.
— Я не доктор, а младший медицинский сотрудник. На что жалуемся, тренер? — отложила ручку, стараясь сохранить профессиональный тон.
— На острую нехватку прекрасного общества. Симптомы — тоска, бессонница, навязчивое желание смотреть хоккей в компании одной конкретной женщины. Как думаете, что прописать?
Я не смогла сдержать улыбку. После всех этих недель стресса и боли его шутка была как глоток свежего воздуха.
— Клинический случай, — вздохнула я, делая вид, что изучаю несуществующую карту. — Потребуется длительная терапия и начать нужно с классического рецепта. Например, совместный ужин. Скажем, в субботу.
Это было мне совершенно несвойственно — делать первые шаги навстречу мужчине. Но кажется, что этот мужчина того стоил, чтобы попробовать еще раз и дать нам возможность прожить эту жизнь ровно так, как мы могли бы еще двадцать лет назад.
— О, — его глаза заискрились. — А это не нарушение врачебной этики?
— В данном случае, — сказала я, наконец позволяя себе улыбнуться ему во весь рот, — я больше не твой доктор. Я — твое лекарство.
Артем тоже улыбнулся, протянул руку через стол, и его пальцы осторожно коснулись моей руки, бережно погладив запястье.
Мы оказались на пороге новой жизни — жизни, которую нам предстояло построить самим, шаг за шагом, день за днем. И сейчас мы были готовы. Готовы оставить прошлое там, где ему и положено быть — в прошлом. Готовы идти вперед, туда, где нас ждало не идеальное, безоблачное будущее, но наше собственное, настоящее, выстраданное и заслуженное счастье.
И в его улыбке, и в тепле его рук я наконец обрела то, что искала всю свою жизнь — не временное пристанище, а настоящий дом. И это стоило любой борьбы.
Эпилог
Полтора года спустя.
Оля.
— Мам, дыши, — улыбается Варя, держа меня за руку. — Ааааай.
А мне не до смеха.
Последний раз я рожала примерно семнадцать с половиной лет назад. В последний раз я позволила мужчине одурачить и сделать мне ребенка, потому что верила в большую и чистую любовь.
А теперь?
Теперь снова поверила. В то, что у нашей с Артемом истории может быть второй шанс и вот… Он на соревнованиях, а у меня еще срок рожать не пришел. То есть ещё было две недели до назначенного врачом ПДР, но вечером тянущая боль внизу живота, предположение о ложных схватках и весьма внушительное мокрое пятно на диване из-за того, что у меня отошли воды.