Но я не собираюсь быть клоуном для почти бывшего мужа.
– А ты мне никто, – произношу жесткие слова, обращаясь к Аарону, а у самой сердце кровью обливается. Эта их истинность успела отравить и меня. – Не муж, не парень, не возлюбленный, – продолжаю я. – Лишь любовник. Я помогла тебе, затем ты помог мне, а потом меня похитили из–за связи с тобой. Мой долг уплачен полностью.
На Аарона больно смотреть, его взгляд тухнет, кажется, и в нем самом что–то тухнет.
– Вот как ты заговорила, как ко всему отнеслась, – произносит он медленно.
Грусть в его глазах сменяется злостью. На миг мне кажется, что он сейчас меня ударит, до того вопят мои инстинкты отойти подальше и спрятаться, до того лихорадочно требуют забрать свои слова и подчиниться тому, кто сильнее.
Но я их не слушаю, я не прогнусь. Однако совесть во мне все же взыгрывает.
– Нет, на самом деле нет, – отвечаю, выпуская на волю чувство вины и тоски, – я отнеслась ко всему не так, и тебе это известно. Не ты ли мне говорил, что чувствуешь меня? Так почувствуй!
Наш разговор приобретает слишком интимный характер, не для посторонних ушей. А рядом Ларс по–прежнему скалится и никуда не собирается уходить. Но я заставляю себя не робеть. Я хорошо отношусь к Аарону, плохо лишь к идее истинности.
– Чувствую, маленькая, я все чувствую, – мягко произносит оборотень. – Может быть, подойдешь? Обнимемся, физически почувствуем друг друга. Это нужно нам обоим, это ни к чему тебя не обяжет.
Я дергаюсь вперед, почти делаю шаг к Аарону, но силой воли удерживаю себя на месте.
– Прости, но нет, – качаю головой, – я тогда сдамся на волю вашей дурацкой истинности, а я не хочу. Не хочу, – интенсивнее качаю головой, – не хочу.
Аарон бросает на меня сочувствующий взгляд, как будто действительно меня понимает, как будто может понять и принять мою позицию. Но трагичность и некоторый романтизм момента портит Ларс. Что б его.
– Обалдеть, ребята, вот это вас корежит. А искры! Искры–то так и летят в разные стороны! Уф, – он изображает как дотрагивается до воздуха и обжигается, – горячо, просто неимоверно! Хорошо, что у меня в холле нет ковров и гобеленов, а то ведь спалили бы мне здесь все, как пить дать, спалили бы!
– Вместо того, чтобы паясничать, веди нас в кабинет, будем подавать заявление на развод. Я с собой привез компьютерного гения, может быть, у него получится ускорить процесс, – говорит Аарон, переводя внимание с меня на Ларса.
А я перевожу дыхание, не сразу поняв, насколько я была напряжена все это время. Я знаю, ничего еще между нами с Аароном не решено, но первый, самый напряженный раунд преодолен. Мы закончили его в ничью, неплохой результат, я считаю.