В одном из домов ситуация осложнилась. Емельян Железняков сжато доложил ситуацию: трое врагов захватили семью с детьми.
Сквозь его амулет связи доносился басовитый и крайне нервный крик одного из представителей Чёрных Молний:
— Назад! Назад, или я вышибу им мозги!
Всё это сопровождалось плачем невидимой мне снаружи женщины.
Я уже собирался отдать приказ, но мелькнувшая дальше по улице Тенебромантка растворилась в тенях. Через мгновение в доме с заложниками погас всякий свет — даже утренние лучи солнца не проникали в окна. Под шелест клинков, пластающий хрупкую плоть, раздались три коротких вскрика, а следом звук падающих тел.
— Чисто, — спокойно доложила Раиса, выводя семью из дома. — Заложники целы.
Больше половины бойцов «Чёрных Молний» были нейтрализованы, но внезапно я засёк, как под грохот автоматной стрельбы из дома вылетел худощавый тёмноволосый мужчина с камуфляжных штанах и белой майке на голое тело, сжимающий в руке магический жезл. Рикошетящие от его защитного барьера пули разлетались во все стороны, точно галька под колёсами машины. Емельян Железняков преследовал противника, наставив на него автомат и выпускал очередь за очередью, пока не опустошил магазин до конца.
Незнакомец оказался магом ранга Мастера первой ступени, судя по плотности его ауры. Тот издал гортанный крик, и по левую руку от него из сарая выметнулись два матёрых волка и огромный бурый медведь. Звери двигались неестественно синхронно, их глаза горели тусклым жёлтым светом магического подчинения.
Бестиамант… Довольно редкая специализация, позволяющая подчинять себе и усиливать диких животных, заставляя их драться вместо себя. Пальцы мага сплетали невидимые нити контроля, направляя зверей на ближайших к нему гвардейцев — Железнякова и Ермакова, который прибежал на помощь товарищу.
Емельян спешно перезаряжал автомат, когда на него сбоку прыгнул волк. Челюсти щёлкнули там, где мгновение назад была человеческая шея. Железняков стремительно откатился, но второй волк уже вцепился зубами в цевьё автомата и вырвал оружие из рук, едва не сломав пальцы Емельяна.
— Сучье вымя! — прорычал штурмовик, выхватив боевой нож и пистолет.
Первый волк кружил вокруг, выискивая уязвимое место в защите. Емельян двигался с нечеловеческой скоростью — результат улучшений Зарецкого, — но волки под контролем бестиаманта атаковали слаженно, как единый организм. Железняков полоснул ножом по морде одного, тут же выстрелил из Степного Орла в другого, едва не пробив череп. Зверь сместился в сторону, но недостаточно быстро. Пуля пропахала его бок, уйдя в землю. Раненый волк взвыл, но не отступил — магическое подчинение гасило инстинкт самосохранения.