Мёртвая тишина. Даже Северные Волки, видевшие многое, побледнели.
— Грандмагистр? — прошептала Василиса. — Но их во всём Содружестве двое… И ты говоришь, эта тварь будет такой же сильной?
— Сильнее в некотором смысле, — мрачно ответил я. — Грандмагистр всё ещё человек. Устаёт, нуждается в отдыхе, может ошибиться. Абсолют не знает усталости, жалости, сомнений… Только убивает и поглощает.
— Едрить-колотить! — Долбилин вытер вспотевший лоб. — И эта штука сидит прямо под нами?
— Пока ещё Кощей. До трансформации ему нужно поглотить ещё энергии. Не так много по его меркам — население пары деревень хватит. Но если процесс начнётся, у нас будет максимум сутки до завершения.
— Мы должны эвакуировать всех! — воскликнул Грачёв. — Бежать как можно дальше!
Я посмотрел на горняков спокойно, без тени паники:
— Вы и остальные шахтёры приехали сюда уже после Гона. Вы не видели, как мы держали оборону против тысяч Бездушных. Они накатывали на стены Угрюма волна за волной, как морской прибой на скалы. И разбивались.
Я обвёл взглядом собравшихся, останавливаясь на каждом:
— Мы уничтожили нескольких Жнецов. Убили Кощея — да, другого, но всё же Лорда Бездушных. Перебили тысячи Трухляков и сотни Стриг. Их тела устилали подходы к острогу в три слоя. А мы выстояли.
— Но это же другой уровень угрозы… — начал было Долбилин.
— Да, другой, — согласился я. — Сложнее. Опаснее. Но не безнадёжный. У нас есть оружие, которое пробивает их защиту. Есть маги, знающие их слабости. Есть укрепления, которые уже доказали свою прочность. И главное — у нас есть опыт. Мы знаем, как они атакуют, как думают, если это можно так назвать, как умирают.
Я выпрямился, и в голосе появилась сталь:
— Этот Кощей совершил ошибку. Он мог тихо выбраться, напасть на беззащитные деревни, набраться сил. Вместо этого он привлёк к себе внимание. Дал нам время подготовиться. И мы используем это время. Каждую минуту.
— Воевода прав, — поддержала Ярослава. — Бежать — значит подставить спину. А Северные Волки никогда не бегут от боя.
После моих слов воцарилась тишина. Потом я увидел, как меняются лица людей. В глазах Вершинина, ещё минуту назад посеревшего от ужаса, зажглась решимость. Долбилин расправил плечи, его седые усы воинственно топорщились. Грачёв перестал нервно теребить защитные перчатки и крепче сжал кулаки.
— К чертям страх! — вдруг выкрикнул один из молодых горняков. — Если воевода говорит, что справимся — значит, справимся!
— Так точно! — поддержал его Евсей. — Мы и не с таким справлялись!
Северные Волки дружно загудели одобрительно.