— Зубр двигаем, держимся ближе к стенам.
Ещё раз осмотревшись и не заметив больше никого я не стал ползти, как было намечено ранее, а вытащив ноги по колено из кокона и надеясь на лучшее, засеменил вперёд.
Впрочем, не прошло и минуты, как я осознал, что до гения мне очень далеко, может в других местах наша маскировка и сработала бы, но только не здесь. Из-за скудного освещения и не слишком хорошего обзора, даваемого парой дыр прорезанных в коконе, я не сразу понял, что паутинный туннель практически закончился, выводя нас в место совершенно не похожее на холл, ассоциирующийся то ли с продвинутым межзвёздным кораблём, то ли с трёхмерным лабиринтом Минотавра, здесь, напротив, властвовала первозданная природа. Я рухнул на пол и замер, изо всех сил всматриваясь в свою амбразуру. В нескольких метрах от меня устланный паутиной пол исчезал, открывая спрятанную под ним каменную платформу на который был возведён паучий город, а также пару десятков бурлящих гейзеров, исходящих густым горячим паром, поднимающимся на добрые полсотни метров вверх и клубящийся там, собираясь в настоящие облака, а внутри облаков… А внутри облаков висели десятки, сотни гирлянд, с тысячами, с десятками тысяч паучьих яиц. Большинство из них напоминали обычные тёмные шары, но некоторые слабо светились, а одна гирлянда будто готовясь к новогодней ёлке сияла и блестела, не хуже сотни уличных фонарей. По ней сосредоточено ползали взрослые пауки, нежно ощупывая их своими лапками, будто на ощупь проверяя, все ли с ними хорошо и правильно ли они развиваются. Вот один из них засуетился, найдя то, что нужно, быстро-быстро забарабанил по яйцу лапками, выстукивая одному ему ведомую мелодию и получив изнутри правильный ответ, сорвал яйцо с гирлянды, будто созревшие плод, и заскользил куда-то вверх, исчезая в тумане. Я развернулся и тихо-тихо пополз обратно. Огромное помещение, занимающее если не половину, то треть всего города, и пауков тут десятка три не меньше, а сколько из них я ещё не заметил? Надо мотать отсюда и искать не столь обширные локации.
Обзывая себя последними словами: это ж надо было вздумать влезть в логово хищников, прикрываясь долбаным коконом из паутины, я включил задний ход, отползая от родильной комнаты, пока нас не заметили. Это у нас получилось, мы успели выползти из поля видимости любого находящегося в том зале, вспотев при этом снова до нитки. В чёртовых коконах, несмотря на их микроскопический вес, было жарко будто мы ходили закутавшись в серьёзный спальный мешок, да плюс вес нашего оборудования, да плюс местная жара… В общем произошедшее дальше я списываю на то, что мозг мой почти закипел, а холодного рассудка и выдержанности во мне не осталось ни на грош. Поэтому когда мы почувствовали приближение восьминогого членистоногого, бегущего из родильного зала с очередной платформой, нагруженной яйцами, я, конечно, инстинктивно замер, прижавшись к стене, но когда тот в недоумении остановился около моего кокона и начал изучающие похлопывать по нему своими лапками, я не стал ждать развития событий и чем все это закончится, а прижал кулак к кокону, за которым просматривалась его подрагивающие брюшко, и отогнул средний палец: