Во рту все еще чувствуется вкус полынной горечи, что на мгновение сбивает меня с толку (ведь я вернулся обратно). Но взгляд тут же цепляется о пустую капсулу в руках Молоха.
Я харкаю кровью, пытаюсь спросить о происхождении таблетки, не отрывая от нее взгляда.
Ни голос божественной сущности, покровительствующий хронуму (я был уверен, что она мне не враг), ни мои необъяснимые видения не важны в эту минуту, и даже мое ужасное состояние — все ушло на второй план. Меня больше всего интересует наличие уникальной капсулы в руках старца.
На его застывшем, просто каменном лице проскальзывает едва заметная тень самодовольства. Молох читает меня, как раскрытую книгу.
— У меня для тебя припасено еще несколько таких.
Несколько? Я невольно облизываю губы, чем вызываю смятение не только у себя самого, но и окружающих. Ловлю себя на мысли, что хочу эти капсулы, все и сразу. Прислушиваюсь к своим ощущениям и понимаю, что горечь во рту как раз связана с поглощением таблетки хронума. Возможно, она стала причиной, по которой меня слишком быстро вышвырнуло в наш мир.
Я слышу скрип новых тканей, восстанавливающихся с поразительной быстротой. Чувствую, как два обрубка срастаются вместе, притягивая мою дурную голову обратно к телу. Таблетка стала катализатором, ускорившим регенерацию, а остаточная энергия ласкает каждую клеточку моего тела, делая ее сильней, крепче.
За всем этим я не замечаю, что дом ходит ходуном. Штукатурка осыпается с потолка. Слышны взрывы чего-то мощного по усадьбе.
Катя улавливает мой встревоженный взгляд. Тяжело вздыхает:
— Лев, это люди Златана. Клоун чуть тебя не убил, а потом они пошли на штурм поместья.
Я было дернулся, но Молох крепко придавил меня сверху.
— Рано. Полежи еще.
Меня захватывает ужасающее чувство собственного бессилия. Я лежу, напитываюсь жизненной силой, неспособный что-либо сделать, а в это время умирают мои верные люди.
— По-мо-ги им! — отчаянно хриплю Молоху, напрягая едва восстановившуюся трахею. Поминутно сплевываю сгустки запекшейся крови.
Молох сдержанно кивает мне и тут же удаляется на улицу.
Стивен первым пролил кровь противника, зайдя неожиданно ему в тыл. Благодаря разветвленной сети ходов под усадьбой, что прокопали его звери, ему удалось прошмыгнуть через купол и оказаться в соседнем дворе, где он когда-то задавил кота Ваську — своего первого и очень верного помощника.
Васька все еще испытывал теплые чувства к своему прежнему хозяину, поэтому в отсутствии Стива (во время его пребывания в Хакасии) командовал стройкой так, как ему хотелось. А животинке хотелось видеть бывшего хозяина. По вечерам он вылезал из-под крыльца своего прежнего дома, грустно мяукал, вспоминая сытые деньки, но показаться в таком виде старенькому дедку не решался. Васька был умным кото-голубем и знал, к чему может привести такая встреча. У деда слишком доброе, но слишком слабое сердце.