— А они?
— А что они?
— Через несколько лет этот Беромир уже сотню кованых воинов будет иметь под рукой. Или больше. Станет он после этого платить тебе дань?
— А почему нет? — усмехнулся Сусаг. — Им соль нужна. Перережу торг ромейский — и все. Сразу сговорчивее окажутся. Воевать нам нет резона.
Арак от этих слов нахмурился.
Сусаг замер.
Прищурился. И спустя несколько секунд раздраженно воскликнул:
— Вот только не говори мне, что ты уже что-то учудил!
— Я? Ничего.
— Врешь!
— Я просто…
— ЧТО⁈ Говори!
— Я… я в одном поселении просто проболтался о том, что Беромир очень хорошо расторговался. Выкупил все, что было у ромейского купца. И у него сейчас полно соли, железа и прочего.
— Послали же мне небеса брата, — тяжело вздохнул Сусаг. — Они до весны подождут?
— Я сказал им, что до весны у него все разберут местные…
Беромир в это же самое время спокойно рисовал.
Сделал большую доску из струганых плах. Ну и пытался на ней изобразить узор для щита.
Получалось плохо.
По вполне банальной причине — рисовать он не умел. Что сейчас, что в прошлой жизни. Чертить — еще куда ни шло. А вот рисовать…
Так что он мучал своих учеников и женщин, заставляя их пытаться что-то малевать.
По кусочкам.
Собирая из них, как из аппликации, картинку.
Разумеется, привлекал Беромир людей не постоянно. Нет. Да и сам не мог уделять слишком много времени этому занятию. Ученики его по несколько часов в день упражнялись на плацу, учась действовать слаженно. Быстро строиться, передвигаться, поворачивать, атаковать…
Залп двадцати двух пилумов[1] производил на них неизгладимое впечатление. Воображения им вполне хватало, чтобы понять последствия для условного противника. Да и методичный обстрел обычными дротиками, запускаемыми атлатлем, тоже внушал. Изготовившись, они за минуту могли выбросить все свои боекомплекты.
Конечно, легкие дротики были неказисты и довольно слабы, но их было много. И на дистанции в тридцать-сорок шагов они давали хорошую плотность обстрела. Причем ведун уже начал опыты с плюмбатами, их аналогом, то есть брал имеющиеся легкие короткие дротики и ставил на них утяжелитель.
Поначалу он использовал свинец.
Но его было мало, и он требовался в других делах. Так что Беромир пустил в дело отбракованное железо. То самое, которое оказывалось слишком ломким или еще в чем-то проблемным из-за большого количества примесей.
Подобрал подходящий вес. Сделал оснастку. Ну и «лепил» потихоньку. Расковывал небольшие толстые пластинки. Сворачивал их в трубку, ну и осаждал по форме, заодно сваривая кузнечным образом.