— Алтарь?
— Не нашли, Себастьянушка. Да и не искали вовсе, хватило заботы, а может, и не знали… и да, его изничтожить непросто. Но скрыть и того сложней.
— Одной это цепи звенья… одной… что возвращение ее, что Цветочный павильон с гнилью… алтарь… не чертежи монитора ей нужны, а…
— Королевич, — завершил Себастьянову мысль ведьмак. — Хольм окреп и давно уже поглядывает по-за границу Серых земель…
Себастьян кивнул.
Понимал.
Между Хольмом и королевством памятью о старой войне лежат Серые земли… и казалось — надежная защита, а если не они, то ожерелье королевских крепостей, уланские полки, острые штыки пехоты… и собственные заводы, которые, верно, хольмских не хуже.
А тут…
…король не стар, но и не сказать, чтобы молод, и случись что — сама мысль о подобном была сродни измене, но Себастьян подозрения отринул — и на трон взойдет Матеуш.
Плохой король?
Хороший?
Король, и это главное… а вот кто будет править: он или же та, что встанет за троном…
…ох и дерьмовое дельце выходит.
…и если так, то Себастьян не просто мешает…
— Правильно понял, — кивнул Аврелий Яковлевич, смачно сплевывая. — Очень вовремя Анелия своего негоцианта встретила… прямо аж злость берет, до чего вовремя…
— Полагаете, помогли?
— Проверяют, но факт, что колдовке надобно к королевичу поближе подобраться. Она хоть и сильная, но не всесильная. Королевскую кровь с ходу не переломить.
— А если через алтарь ваш…
— Не мой, Себастьянушка, не мой. Но если есть у нее намоленный камень Хельмов, то есть и сила… и опыт, ежели одного короля с ума свела.
— Влезла к конкурсанткам… видать, рассчитывала крепко на королевское внимание… и на камень свой. Возьмем за факт, что он где-то в доме спрятанный… в общем, надобен ей Матеуш.
— А тут я…
— А тут ты… и Матеуш ясно дал понять, кого выбрал… от же ж… удачно получилось.
— Удачно⁈ — У Себастьяна на сей счет собственное мнение имелось, хотя и крепко подозревал он, что мнение это никому-то не интересно. — Да он меня… он мне…
Аврелий Яковлевич только усмехнулся в бороду:
— И тебя и тебе… и потерпеть придется.
Это Себастьян и сам понимал: нельзя колдовку к королевичу подпускать. Потому как Хольм… потому как смута…
— Аврелий Яковлевич, — сказал он жалобно. — Я-то… потерплю. Только ж терпение, оно край имеет. Не подумайте плохого, но… пока он ручки еще целует, то ладно, а если под юбку полезет, то не сдержуся… нос сломаю, и… и нехорошо получится. Может, скажете ему…
Ведьмак только головой покачал:
— Нельзя. Матеуш еще молодой. Не глупый, конечно, но рядом с ним много шушеры всякой вьется. Сболтнуть-то он не сболтнет, но вдруг да выдаст себя ненароком. Или тебя…