Халиль вздохнул.
– Я отпустил ее. Да и у нее, скорее всего, теперь другая жизнь. В ней нет места мне, насильнику и зверю. А ты заканчивай пялиться на ее фотографии, а то глаза вырежу.
– Тебе не обо мне стоит переживать, а о том, кто к ней с подарками в гости ходит. И еще о том, что она встала на учет в больнице.
Халиль резко повернулся, уставился на Вахида.
– Поподробнее.
– У нее появился… ухажер. Ее начальник. Она работает.
– Я же перечисляю ей деньги, зачем ей работать? И что за начальник? Ты сказал о больнице, что с ней? – Халиль встал, подошел к Вахиду, вперился в него требовательным взглядом. – Ну давай, говори!
Вахид про себя усмехнулся. Знал, что новости о ней зацепят Халиля. Выведут из состояния окаменелости.
– Она работает в косметической компании. И ее начальник таскается к ней домой.
Халиль сжал кулаки.
– Почему тогда этот начальник еще жив?
– Ты сказал, чтобы я не вмешивался в ее жизнь. Но это не главное. Она стоит на учете в больнице, потому что ждет ребенка, – Вахид отвел взгляд в сторону, но не смог не заметить, как вздрогнул Халиль. Его словно судорогой прошибло.
– Ждет ребенка? От кого? От этого начальника?
– Нет. Я попросил нашего человека узнать все в больнице. По срокам беременности – это твой ребенок, Халиль.
Халиль медленно выдохнул, оперся о стену и закрыл глаза.
– Пора вернуть ее, брат. У тебя, возможно, родится наследник.
*****
– Как настроение? – Максим помог мне снять пальто, отодвинул стул, чтобы я присела.
Я огляделась по сторонам. Милое кафе. С некоторых пор я решила жить на полную, ни в чем себе не отказывая. Не отказывала больше и Максиму. Я дала ему шанс, хотя и понимала, что большой любви у нас не выйдет. Да никакой, в общем-то, не выйдет. И дело не в нем. Он обходительный, внимательный, замечательный и все такое, но… Я все еще люблю Халиля. И внутри меня растет его дитя. Максиму я, конечно, об этом пока не говорила. Его это не касается. Это только мое счастье. Мое и Халиля, хоть он об этом и не знает.
– Настроение отличное, – улыбнулась я. – настолько, что я готова даже заказать чего-нибудь сладкого.
По утрам меня все еще мучил токсикоз, но днем я чувствовала себя нормально, а потому ела все, до чего дотягивалась рука. Я заметно поправилась. Теперь я напоминала настоящую женщину, а не заезженную клячу. Я расцвела. И это не мог не заметить Максим.
– Ты очень хорошо выглядишь. Похоже, привыкла уже к дому?
– Похоже на то, – кивнула я, мысленно возвращаясь на Восток. Нет, тот город с его шейхом навсегда останутся в моем сердце. Как бы я не старалась выбросить их из головы.