Зубы аж хрустели, так сильно он сжимал их.
Раздался треск — рука сжимающая копье раздавила древко, и так до этого обгоревшее, в щепки: оно просто разлетелось на две части.
Не было больше ни голода, ни жажды — была только боль, идущая изнутри.
— Ничего… — прижал он Каю, не зная зачем, — Ничего…
Пауков стало меньше, но он этого даже не заметил, лишь когда появились ярко сияющие пауки-огневки он приостановился. Не обратить на них внимания уже было невозможно — они слишком слепили глаза и больно резались испускаемым светом. Его слезы прекратились сами собой.
Волна умиротворения нахлынула откуда-то извне, разогнав все его мысли.
Зур’дах удивленно тряхнул головой. Свет на стенах погас уже через мгновение.
Пауки-огневки, которые были везде: на потолке, на стенах, на полу, медленно-медленно зажигались вновь, разгораясь до яркой вспышки, а потом резко гасли. Все они пульсировали в едином ритме. Впервые гоблиненок увидел пауков таких разных цветов: синих, голубых, фиолетовых, желтоватых, красных. Тысячи сияющих во тьме огоньков.
Он сделал несколько шагов.
Тепло. — понял он через секунду.
В тоннеле стало удивительно тепло.
Уже через пару десятков шагов Зур’дах увидел, что тоннель заканчивается.
Шаг. Еще шаг. Шаги давались трудно. На него никто не нападал и не собирался. Это было странно. Бессознательным движением правой руки он прикоснулся к пауку на стене сразу ощутив горячее тепло его тела. Паук никак на это не отреагировал. Продолжил пульсировать как и сотни, сотни других своих собратьев.
Гоблиненок двинулся дальше, переступая пауков.
Чем больше он приближался к пещере, тем сильнее в нем возникало какое-то непонятное, но знакомое ощущение.
Кровь внутри вновь зашевелилась.
Когда он оказался прямо у входа, а перед глазами открылась вся пещера, он внезапно понял, что это было за ощущение — это было ощущение дома, ощущение чего-то родного. Куда-то ушла зажатость, напряженность в теле, будто кто-то погрузил гоблиненка в теплую воду. Он остановился, не совершив последнего шага.
Кровь паука внутри ликовала.
Что это?
Шаг — и он оказался внутри небольшой пещеры, размером несколько тысяч шагов как в длину так и в ширину.
Невозможное в Подземельях ощущение спокойствия и безопасности сейчас полностью заполняло его тело.
Безопасно.
Все пространство пещеры наполняли тысячи пауков: маленьких, больших, крохотных, — и все они вспыхивали и гасли, будто звезды в космосе. Это настолько заворожило Зур’даха, что он на какое-то время забыл кто он и где он. Это медитативное пульсирующее свечение гипнотизировало, затягивало.