— Уважаемая комиссия, — начал он. — Дом Фаберже представляет проект «Жемчужина мудрости».
Холмский одним ловким движением раскрыл короб.
Серебристая чешуя переливалась радугой под светом прожекторов. Золотой дракон обвивал яйцо, устремляясь к вершине. Жемчужина в его пасти мерцала перламутром. Облака-основание, казалось, действительно парили.
— Дракон — главный символ императорской власти в Китае. Не чудовище, не зверь, каким его представляет западная традиция. Это воплощение мудрости, силы и гармонии. Он управляет водой и дождём, приносит урожай и процветание. Император Поднебесной — Сын Неба, и дракон — его символ. Пятипалый — привилегия, принадлежащая ему одному.
Он говорил спокойно, размеренно, показывая детали макета. Члены комиссии внимательно изучали макет, подавшись вперёд.
— Жемчужина мудрости в пасти дракона — символ просветления правителя. Четыре стихии представлены самоцветами: изумруды — земля, сапфиры — вода, рубины — огонь, алмазы — воздух. Александриты — универсальные усилители. Облака в основании — связь с Небом.
Отец объяснил технику. Серебро девятьсот девяносто девятой пробы для яйца. Золото — для дракона. Платина — для крепления камней. Девять типов чешуек, около двух тысяч камней. Каждый — настоящий самоцвет высшего порядка в финальном изделии. Артефактная вязь — на каждой чешуйке, создающая единое защитное поле.
Зал притих. Китайский советник вышел из-за стола комиссии, подошёл к макету. Наклонился. Рассматривал — долго, внимательно, как ювелир проверяет подлинность камня.
Считал пальцы на лапах дракона. Шевелил губами: раз, два, три, четыре, пять.
— Пять, — произнёс он вслух. — Правильно.
Осмотрел позу.
— Восходящий. Символ подъёма. Хорошо.
Жемчужина.
— Чжу, — сказал он по-китайски. — Жемчужина мудрости. Верно.
Он выпрямился. Посмотрел на Василия, кивнул и вернулся на место.
— Благодарю, — сказал Оболенский. — Вопросы к участнику. Господин Лю?
Лю Вэньцзе наклонился к микрофону:
— Господин Фаберже, вы консультировались с китайскими специалистами при разработке проекта?
— Да. Профессор Ремизов из Императорской Академии наук — синолог с сорокалетним стажем. Он подтвердил полное соответствие проекта китайской традиции.
— Почему именно яйцо? — продолжил Лю. — В китайской традиции яйцо — не основной символ.
Я взял слово:
— Яйцо — символ начала в культурах всего мира, включая китайскую. Космическое яйцо Паньгу — начало мироздания. Кроме того, это наша фирменная традиция. Пасхальные яйца Фаберже создавались для русских императоров на протяжении десятилетий. Мы адаптировали эту традицию для китайского императора — сохранив форму, но наполнив её китайским содержанием. Мост между двумя культурами, что показалось нам особенно важно с учётом давней дружбы нашей империи с Поднебесной.