Она что-то говорит, и Марина где-то рядом подсказывает. Но не получается сосредоточиться на словах. Я просто выставляю руки, куда кладут ребенка. Он тут же успокаивается. Морщится закрытыми глазами.
– Давай назовём его Веня, – шепчет Марина.
Улыбаюсь, глядя на чудо в своих руках. Отвратительное имя. И как мне потом называть ребенка? Венчик?
– Ладно, – отвечаю я, не отрывая взгляда от младенца. – Ну, здравствуй, Вениамин Станиславович Калинин.
– Нет, – еле произносит Марина и прикрывает глаза от усталости.
– Что значит, нет? – смотрю на Черскую.
– Не Калинин. Мы пока еще не женаты.
Глупости, но ей простительно. Столько всего претерпеть. Вот придет в себя, и поговорим на эту тему. Это лишь формальность, которую можно уладить одним только росчерком.
– Скоро, дорогая. Обязательно станешь Калининой, – шепчу рядом с ней и бережно целую в макушку, держа на руках нашего сына.
Два года спустя…
Марина
Гордо выстукиваю каблуками по коридору. Направляюсь в свой офис.
Сидеть дома и ждать Стаса целыми днями? Ну уж нет. Уже через годик декрета мне это надоело настолько, что я буквально взвыла. И кто бы мог подумать, что я возглавлю целый отдел.
Нет, конечно, не там, где я работала по колористке помад. Его, кстати, возглавила Алина. Меня тогда еще так перекосило от этой новости. Хотя, как ни крути, я все равно теперь главней!
Амелия Петровна сделала так, что наш профсоюз теперь имеет полную силу. Возглавила это направление, конечно же, я. У меня в подчинении даже два сотрудника: мой заместитель и наш общий с ним секретарь.
Со Стасом мы так и не расписались. То некогда, то малыш болеет, то отчеты горят. В общем, в свидетельстве о рождении я так и записала: Черский Вениамин Станиславович.
Ох, сколько шума было. И тетушка Стаса даже прибежала к нам домой. Они вдвоем так возмущались, что-то там требовали, пытались даже угрожать. Но я была не сгибаема. Нет свадьбы, значит, и нет фамилии. Все просто.
Хотя, Амелия Петровна мне очень понравилась. Как-то сразу встала на мою сторону. Она постоянно возится с малышом, правда пытается ему объяснить, как устроен мир бизнеса, а Вениамин лишь смеется в ответ. Так забавно наблюдать за ними двумя.
Захожу в просторное помещение, где весь мой отдел и восседает.
– Доброе утро, Марина Ивановна, – приветствует меня мой заместитель.
– Доброе, Эмиль, – с улыбкой отвечаю я.
Эмиль оказался отличным сотрудником. И как только Стас мог его проворонить?
Когда я предложила Эмилю уйти под мое подчинение, он с радостью согласился. Даже не думал ни минуты. Просто собрал свои вещи и ушел вместе со мной. Правда недалеко. Офис Стаса, что называется, за стенкой.