— Ваша Светлость, готово! — вырвал меня из мыслей Иван Саныч. — К администрации тропинку пробили, но похоже, уроки на сегодня отменяются, ха-ха-ха.
— Благодарю, — кивнул я и указал рукой вправо по дороге, — но это, кажется, ещё не всё. Сейчас трактор пройдёт, он вашу тропинку вмиг опять завалит.
— Ах ты ж ёпта! — выругался тот и хотел было рвануть ему наперерез, но вовремя сообразил, что водитель может легко и переехать, попросту не заметив за такими сугробами.
Я ещё немного понаблюдал за происходящим, а затем вдруг понял, что вполне, на самых что ни на есть законных основаниях, имею сегодня выходной. Настоящий, не тот, что вроде как есть, но я всё равно в каких-то делах. А действительно, полноценный выходной, когда никто не прибежит со своим: «Эт самое» — попросту сугробы не позволят.
Настроение быстрым темпом пошло вверх и я, насвистывая незамысловатую мелодию, отправился домой.
Впервые за всё это время, я проведу целый день с семьёй, а дела и без того снегом завалило, так что подождут, никуда не денутся.
Куда идем мы всей толпой?
Есенин ходил на взводе уже целую неделю. А всё потому, что по его предположениям, в районе Волгограда настало время посадки. Вот только мы всё ещё в Екатеринбурге, из которого только сегодня смогли выдвинуться первые машины с будущими переселенцами.
Март принёс столько снега, что мы просто не смогли в итоге с ним справиться, а затем он закономерно растаял. При этом одно стихийное бедствие сменилось другим — снегу решил помочь дождь. В итоге нас попросту затопило. Даже поднятое от земли сантиметров на семьдесят крыльцо, полностью скрылось под водой.
Бывшие первые этажи и до того вечно «пытались уплыть» каждую весну, а сейчас вода вообще сантиметров на десять затопила площадку перед дверью в подъезд. Мало того что пёрла грунтовая, так теперь ещё всё это безобразие, прекрасно пополнялось талой.
В общем, снова ждать, а ведь пошла вторая половина апреля, и как я уже говорил ранее, Есенин прибывал в крайне возбуждённом состоянии, заодно и мне все нервы измотал.
Но я сохранял спокойствие, по крайней мере, на паводок старался не злиться. Это природа, и её законы нам неподвластны. Видимо, ей необходим этот разлив, а значит, она сама решит, когда следует отвести воду.
Митяй, к слову, тоже не переживал по данному поводу, напротив, нашёл во всём этом буйстве стихии плюс. Озеро, что служило нам водохранилищем и питало трубы в летний период, имело в себе достаточно рыбы. А та, в свою очередь, почувствовала в разливе раздолье, чем с удовольствием и воспользовался завхоз. Он с утра до ночи сидел на балконе третьего этажа и рыбачил.