Глаза злоумышленника встретились с моими, и я замерла, вглядываясь в тёмные провалы без белков.
Жуть полнейшая.
Прошло полминуты… Пять…
Я чувствовала стремление человека проникнуть в самые глубины моих мыслей; нечто липкое и тёмное ползло от его рук по мне и впитывалось под кожу.
Он давил, я сопротивлялась. И незнакомец не смог преодолеть мою волю.
Мы мерились взглядами ещё с минуту, и маг сдался. Кровь тонкой струйкой потекла у него из левой ноздри, алые капли выглядели чёрными и пугающими.
— Как!? — наконец-то просипел мужчина, а я, резко дёрнувшись, выхватила из-под подушки свой кортик и приставила к горлу незнакомца. Не знаю откуда взялись силы и наглость провернуть этот финт, но в тот момент я не думала, я действовала.
— А вот так! — моя улыбка наверняка выглядела, как оскал бешеного зверя, — не двигайся, гад! Или вскрою твою шею и ни секунды не пожалею об этом!
И чуть надавила на кинжал. Тонкая струйка крови тут же побежала за высокий воротничок сутаны. Видать только в этот момент до клирика дошло, что к его шее приставлено оружие способное, как минимум, ранить. Священник застыл, бешено выпучив глаза, ставшие обычными, без тьмы на всё глазное яблоко.
И тут, словно время очнулось от шока, я услышала такой родной и громкий рык Лёвы, что от сердца мгновенно отлегло.
— Не вздумай! — громко припечатала я, ухватив дёрнувшегося было шпиона за грудки и, притянув его к себе ближе, добавила, — руки подними и не двигайся!
— Кто-нибудь! — крикнула я, продолжая сверлить глазами клирика, — да чтоб вас там! Ты их убил, что ли? Отвечай! — голос мой дрогнул; меня начало потряхивать от пережитого страха, я держалась на голой воле и упрямстве.
— Их уже должны были убить, и меня тоже можете заколоть, я не боюсь! — криво усмехнулся священник, выпятив тощую впалую грудь.
Но я прекрасно видела, насколько этот человек боится, иначе мой нож не стал бы для него аргументом.
— Сделай шаг назад. Медленно. Хотя, — я зло оскалилась, — ты ведь готов умереть, поэтому можешь сделать шаг вперёд и сам себе пропороть шею! — священник судорожно сглотнул, и не стал следовать моему совету, вместо этого сделал всё, как я приказала — неспеша отступил назад и замер, — всё же жить ты хочешь, — фыркнула я, стараясь не впасть в панику, — только попробуй что-то выкинуть и я кину нож точно тебе в глаз! Уж поверь мне — метать ножи меня учили на совесть!
Мужчина, явно впечатлённый моей безрассудностью и бесстрашием, а может вовсе подумал, что принцесса не в своём уме, замер, как статуя, только глаза сверкали в полутьме комнаты.