— Я пока ничего не могу сказать точно, но клирик, что вторгся в его сознание натворил много неприятных вещей. Надеюсь, Йен сможет всё поправить, потому что здесь я бессильна. А пока подержу его в беспамятстве.
Мне стало тревожно за тумэнбаши, как же так?! Почему именно он? Прикрыла веки и помолилась Всевышнему о помощи.
— Я хочу присутствовать при работе Йена над сознанием Батуя, — сказала, распахивая глаза, — усиление с моей стороны может весьма помочь в деле исцеления.
— Но… — хотела возразить Бэлла, но поймав мой взгляд, замолчала и просто кивнула, соглашаясь.
Я же не стала томить себя в неведении и спросила:
— А тот мужчина, что так безжалостно расправился с Иннокентием, где он? Мне нужно с ним поговорить.
Бэлла явно подумала совсем другое, потому что ответила:
— Он его убил, я проверила, за это можете не беспокоиться — Папа Иннокентий совершенно точно мёртв. И больше не причинит никому из нас вреда.
Её ответ меня успокоил, но я всё же хотела видеть этого человека совсем по другой причине. Мне нужно было… а что именно я и сама понять не могла, не спрашивать же его в лоб — а вы, случайно, не попаданец ли? Хотя, а почему бы и нет?
Но тогда княжич поймёт, что и я не совсем Элоиза Уэстлендская. И как он поступит с этой информацией? Да как угодно! И во вред ведь может. Нет, буду молчать, наблюдать и поменьше говорить — по одним моим странным словам уже многое можно понять.
А всё, что я создала в городе — не подтолкнёт ли его к определённым мыслям?
Вполне.
Версия, что я нашла талантливых мастеров здесь может не выстрелить. А, значит, молчим ещё сильнее, приглядываемся, присматриваемся. Если гнилой человек — убрать по-тихому, но, я надеюсь, что он всё же неплохой, ведь пришёл нам на помощь в столь трудный час. А это значит, сможем договориться. Успокоенная подобными мыслями, приняла из рук Бэллы склянку с зельем и опрокинула в себя. Тут же огненная жидкость опалила горло и пламенным сгустком ухнула в пустой желудок согревая и успокаивая, восстанавливая силы.
— Поспите немного, Ваше Высочество, хотя бы полчаса. Я буду сторожить ваш сон, — мягко сказала Бэлла, заботливо укрывая меня лёгким одеялом.
Каким же тяжёлым и бесконечно длинным оказался этот день…
Зелье подействовало, и я постепенно провалилась в сон без сновидений.
В очередной раз проснулась ближе к вечеру: за окном смеркалось, едва слышно пели цикады. Взглядом найдя Бэллу хотела было возмутиться, что меня не разбудили, но лекарка спала, откинув темноволосую голову на высокую спинку кресла.
Женщина вымоталась не меньше меня и я решила её не тревожить и попыталась встать сама. Получилось. В теле чувствовалась лёгкость, едва ощутимо ныли суставы, но ссадин и кровоподтёков на мне не было — всё благодаря работе милой леди Бэллы Гронг. И ещё я страшно хотела есть.