— Папа бона? — недоверчиво шепчет Витя.
— По попе дал? — чуть не плачет Вика. Я тихонько смеюсь, на мгновение забывая обо всём.
— Давайте поговорим дома? — прошу их. Не нахожу сейчас слов, чтобы не обосрать этого подонка с головы до ног. Хотя должна. Но, чёрт, не хочу впутывать в это малюток.
«Дом».
Нет больше такого места для нас.
Сейчас мы поедем к Славе. Я оставлю там двойняшек, а сама поеду в особняк, соберу все наши вещи. Сниму нам квартиру, и временно мы поживём так. А потом… что-нибудь придумаю.
Меня ждёт затратный бракоразводный процесс.
Конечно, мои слова детей не утешают. Они всё равно плачут на заднем сиденье, пока я еду к Славке. Надеюсь, она дома. Я не успела даже позвонить ей, предупредить, что мы приедем.
Стараюсь следить за дорогой, абстрагироваться от детского плача и не сойти с ума.
А если это правда? Что, если Романов не рехнулся? И дети правда не его? А чьи? А это ли сейчас важно?
Губы начинают дрожать, а эмоции вырываются наружу.
Ещё и плач мелких добивает, заставляя мучиться.
Нельзя! Но пелена всё равно встаёт перед глазами. Мотаю головой и, вернув взгляд на дорогу, мельком вижу впереди машину. Слишком близко! Резко жму на тормоза.
Но поздно…
Зажмурившись, тут же чувствую удар.
Проклятье!
Распахнув глаза, понимаю, что врезалась в чью-то задницу. Машины, конечно. Судя по номерам и марке… придется мне раскошелиться.
Ну почему сейчас?!
Оборачиваюсь к детям, вижу в их глазах испуг и застывшие слёзы.
Так, сначала успокоить их — потом всё остальное!
— Тише-тише.
Вот я дура! Нашла где рыдать! За рулём!
— Нигде не больно?
Оба мотают головой, а я выдыхаю.
— Простите, мама сегодня одно разочарование, — делаю тон мягче и включаю на планшете первый попавшийся мультик. На удивление, я ещё не слышу агрессивный стук в стекло. Уж не знаю, плохо это или хорошо.
Глажу Вику по головке, зная, какая она у меня эмоциональная. Витя стойкий — быстро берёт сестрёнку за руку.
— Посидите тут, хорошо? — задаю глупый вопрос, зная, что из детских кресел они не выберутся.
И, получив их согласие, выхожу из машины. Хозяин впереди стоящего авто уже стоит на улице, оценивая ущерб.
А мне кажется, что, скажи он мне сейчас одно дерьмовое слово — я окончательно рассыплюсь и расплачусь перед ним.
— Я оплачу весь ремонт, — тут же выпаливаю, привлекая внимание мужчины. Кидает равнодушный светлый взгляд в мою сторону.
Хоть не испепеляет… Молча смотрит на меня, не проронив ни слова. Будто изучает. И это бесит. Я и так на нервах.
— Я думал, дольше прятаться будешь, — летят в меня недовольные слова.
Переводит взгляд на салон. Видимо, видит моих заек, и уже без язвительности бросает: — Ясно. Как обычно.