— А я знал, что он был не от меня! — Мужчина рыдал, сопли пузырями вырывались из его носа. — Знал, что он не от меня, и всё равно поклялся любить! Он погиб, Гертруда, его убили, и ты, ты тоже погибнешь, если бросишь меня сейчас! А-а-а-а-а!
Разрыдавшись, с красным лицом, с трудом переставляя ноги, утишаемый младшей дочерью, Император покидает комнату, оставляя Императрицу и наследницу наедине.
— Мужское сердце не обмануть, всё так, как сказал твой отец. Наш сын родился от моих связей с приезжим слугой из западной державы. — Сев на край кровати, императрица, вспоминая тот день, с придыханием говорит: — Он был так красив, черные волосы, слегка загорелая кожа, носик, ха-ха, такой, чуть-чуть приподнятый, белоснежная улыбка, сильные руки, что обняли меня так, как никогда не обнимал твой отец. И… только, только его глаз я не помню, но всем телом ощущаю так как он, на меня не смотрел ни один из живых мужчин. А переебала я много кого, и в походах, и на войне, сильных и слабых, красивых и не очень, много кого попробовала. И только он, тот, кто не боялся меня, знал, что не может мне отказать, зная, что нужно делать, умело исполнил все мои прихоти, посмев отказать в одной…
— Какой же? — Впервые слыша историю, спросила дочь.
— Остаться со мной в империи. — Горько протянула мать. Он был верным своей стране мужчиной, тем, кто по пятам следовал за той дурой королевой. И погиб из-за этого. На границе наших стран на них напали наёмники, всех, включая королеву, её мужа, слуг, зарубили, а их головы на пиках подняли в столице королевства.
— Ты о Замзумах? — Припоминая подобное, вспомнив, с какой жестокостью империя уничтожила мятежную Замзумию и всю её аристократию, спросила дочь, и мать кивнула. Наконец-то ответив за что она тогда приказала казнить несколько сдавшихся знатных семей.
С десяток минут женщины сидели в тишине. Мать, что при помощи магии уже прожила не одно столетие, и её молодая дочь, которой всего тридцать лет.
— Я прожила слишком долго для правительницы. — Поднявшись, прервала молчание Гертруда. — Все мои предшественницы не удерживались на троне и десяти лет, когда я уже пятый десяток лет управляю этой страной. До того момента, как вернулась Марис, мне казалось, смысл моей жизни — страдать в обществе лизоблюдов, присмыкающихся передо мной, слуг, детей, робкого мужа, учавствовать в войне, конца и края которой не видно. Мне казалось, мечта моей жизни — объединить весь мир под своим знаменем, вылить на землю всю кровь моих врагов и увидеть восход нового дня, где я — абсолютная власть и сила.