Недолго думая, я вышел на крыльцо и обнаружил там Томая Батыгина, одного из мужиков, которые работали в марийской общине по облагораживанию территории и внутренних помещений.
— Можно вас на минуточку? — попросил я.
— Да, конечно. А что надо? — Томай отложил лестницу и моток шланга, с которыми перемещался по двору, и затопал на крылечке.
— Вы бы не могли каким-то образом помочь нам вытащить собаку?
— Собаку? — удивился мужик, но ничего не сказал и пошел за мной следом.
— Вон там, он забился в щель и застрял, — показал я.
Томай мужик хоть и невысокий, но с огромными раздутыми мышцами, схватился за тумбу и легко, словно пластмассовую, отодрал ее от стены. Оттуда пулей выскочил перепуганный Альфик и запрыгнул на руки умиленной Элен.
— Ты чего творишь, Томай? — возмутилась тетя Нина. — Оторвал тумбу, а как теперь умывальник будет?
Томай почесал затылок и обиженно посмотрел сначала на меня, потом на тетю Нину.
— Ну, вы сказали вытащить. Я и вытащил. Про тумбу вы ничего не говорили.
— Блин, теперь придется ремонтировать, — вздохнул я. — Очередные расходы.
Когда все наконец разошлись, я сурово посмотрел на тетю Нину и спросил:
— А вы в курсе, Нина Илларионовна, что на вашу руку и сердце появился претендент с серьезными намерениями?
Судя по лицу тети Нины, она была в курсе.
И тут я понял, что за спиной зреет заговор, и начал допрос.
— Замуж срочно приспичило, да? — спросил я, вложив в вопрос такое концентрированное ехидство, что аж сам поморщился.
Тетя Нина мужественно выдержала наезд, сделав вид, что вообще не при делах, даже и не представляет, зачем и кому он нужен, замуж-то этот. Затем для дополнительной иллюстрации неопределенно пожала плечами и посмотрела на меня честным-пречестным взглядом, а лицо ее при этом на всякий случай озарилось нежной улыбкой Джоконды.
— А Чепайкина это вы ко мне подослали? — предположил я.
Тетя Нина гневным фырканьем категорически отмела мои гнусные инсинуации, мол, я честная девушка, а не вот это все.
Я в ответ тоже пожал плечами и предпочел тему свернуть, раз так.
Но не тут-то было. Тетя Нина минуты три поизображала добропорядочную барышню, а затем, видя, что я переключился на Валеру и не реагирую, нетерпеливо дернула меня за рукав:
— А он-то что?
— Кто что? — не понял я, так как увлекся распеканием Валеры за бедного Альфика.
— Ну, Чепайкин что? — нетерпеливо повторила она.
— То есть вы-таки его ко мне подослали? — прищурился я.
Тетя Нина тяжко вздохнула, словно Валера, застуканный за воровством кошачьего корма из случайно разорванной упаковки, и посмотрела на меня светлым взглядом Шрека.