Она хотела что‑то сказать, но закашлялась. Тетушка так и не смогла посмотреть на меня. Зато я видел достаточно — как в ее глазах мелькнуло что‑то похожее на страх и алчность. Казалось, она пытается себя пересилить, перебороть.
Я отвернулся.
— Уходи. Мне не нужны твои соболезнования.
Она замерла, затем медленно поднялась. Управляющий подал ей накидку, проводил к выходу. Но неожиданно она вернулась и уверенно села обратно в кресло.
— Хитэм! Ты должен меня выслушать. Я пришла к тебе не просто так!!!
Я закатил глаза. Вот так всегда, тетушка Беатрис просто так не приходит. Я отчетливо помню каждый ее визит. Обычно, она просит денег для своего сына – моего кузена. Интересно, что в этот раз. Может удастся меня удивить?
— Видишь ли Хитэм, такое дело… — она вновь опустила глаза вниз. – Ты уже не дракон. На тебя больше никто не посмотрит. У тебя нет и не будет наследника, не будет семьи. А моему Сандру жить и жить. Он может стать продолжателем рода. Поэтому я считаю, что будет справедливо, если ты передашь ему свой титул барона…
Я поперхнулся вином от такой неприкрытой наглости.
— А может еще замок? – тихо спросил я, пытаясь скрыть злость, что бушевала внутри.
Тетушка ненадолго замялась.
— И замок. И земли. У Сандра все впереди… Обещаю, он назовет своего первенца в честь тебя, твоим именем – Хитэм Морвейн. Ну как, ты согласен?
Женщина впервые подняла на меня взгляд. Ее губы дрожали. Она упорно смотрела куда‑то в область рубашки, лишь бы не встречаться глазами с моим обезображенным лицом.
Я усмехнулся. Развалился в кресле, нарочито широко расставив ноги. Холодная ярость тихо закипала внутри, но голос прозвучал почти лениво:
— Говоришь, у Сандра все впереди?
Тетушка радостно закивала:
— О да, конечно! Он такой талантливый, такой перспективный, такой молодой… мой милый мальчик.
— ВОН!!! — прорычал я. Голос вырвался с такой силой, что содрогнулись стены гостиной. Ваза на каминной полке звякнула, а тетушка буквально подпрыгнула в кресле.
— Что?.. — пролепетала она, резко бледнея.
Я медленно поднялся. Каждое движение отдавалось тупой болью, но я не позволил ей сквозить в голосе.
— Ты слышала. Вон из моего дома! Сейчас же! Убирайся!
Тетушка растерянно оглянулась, будто искала поддержку в пустых стенах.
— Но… я же хотела как лучше… Я думала… о нашем роде…
— Ты думала? — я шагнул ближе, и она отшатнулась, прижав ладонь к груди. — Ты никогда не думала обо мне. Ты пришла не утешить, не помочь. Ты пришла посмотреть. Упиться моим падением, убедиться, что я больше не дракон, а урод! И выторговать титул для ничтожного сына!