— Есть слово, — говорит она. — Просто ты его боишься вслух говорить.
Я молчу.
— Счастлива, — говорит она. — Вот слово.
Я смотрю на нее.
«Счастлива».
— Езжай, — говорю я. — Сонька извелась уже в детском кресле. Она смеется. Садится в машину. Уезжает.
Дома тепло и огонь в камине. Дипломат у огня. Рус на диване — читает что-то. Я сажусь рядом. Он поднимает руку — я подвигаюсь ближе, он кладет руку мне на плечо.
Молчим. Я смотрю на огонь. Думаю про желтую детскую. Про кота который сам пришел. Про маму с папой, которые приезжают к нам каждый выходные. Про ромашку которая всегда в шкафу над плитой.
Про «ты мне нужна. Ты и то что внутри тебя».
— Рус, — говорю я.
— Что.
— Я думала все будет по-другому. В смысле — жизнь. Я планировала совсем другое.
— И?
Я смотрю на огонь.
— Получилось лучше, — говорю я. — Мне очень хорошо с тобой.
— Я рад. Очень.
И рука чуть крепче на плече.
Это его ответ.
Я знаю.
Конец