Недомогание я почувствовала после завтрака. Мне показалось, я не то съела, но потом, заглянув в приложение, отслеживающее цикл, я поняла, что дело-то может быть в другом. Пока Эмир работал за ноутбуком, я спустилась вниз и сходила в аптеку рядом с отелем. Набрала самых разных тестов, но, придя обратно, ничего ему не сказала, а сразу побежала в туалет. И все они подтвердили пузожителя.
И вот теперь я стою, слежу за движениями мужа, любуюсь им и слушаю голос. Неважно, кто будет — главное, чтоб здоровый. И на него похожий.
— Да, мама, Адель здесь. У нас всё хорошо.
— Передай ей привет, — тихо говорю я и встречаю его взгляд.
— Мам, Адель передаёт привет, — улыбается мне и подмигивает. — Хорошо, передам, — кивает он и обращается ко мне. — Тебе тоже привет.
— Спасибо.
Убираю тест-полоску в белые шорты, и как только Эмир заканчивает разговор, подхожу к нему и обнимаю за талию. Я люблю так делать, и особенно, когда он гладит меня по волосам, прижимает к себе и припадает губами ко лбу. В этом и нежность, и любовь, и бесконечная забота.
— Ты поработал?
— Да, закончил.
— Ага.
— Пойдём гулять?
— Пошли. Только в туалет схожу.
Начинаю заразительно смеяться, прикрывая рот ладошкой, а он обходит кровать и бубнит, что он не мог встать, потому что был созвон с командой, а начальству отпрашиваться по таким делам — ну, такое себе.
— Мог бы видео и звук отключить и сбегать, — кричу ему вслед, но он уже закрывает за собой дверь. Айтишник — такой айтишник.
Солнечный свет заливает пляж, песок под ногами тёплый и мягкий. Море шумит, набегает на берег ленивыми волнами и откатывается обратно, оставляя за собой блестящие дорожки.
Мы идём с Эмиром босиком, убрав обувь в мою обычную плетёную сумку. Он обнимает меня за плечи, прижимает к себе, а я ощущаю его дыхание у виска. Его ладонь крепко держит меня, будто он боится отпустить даже на миг. Эмир наклоняется и целует меня в макушку. Так тихо, так нежно и в то же время с такой силой любви. Прильнув к его груди, я ощущаю себя в безопасности. Всё происходящее сейчас кажется бесконечно правильным.
Я замедляю шаг. Чувствую, как сердце бьётся в горле.
— У меня есть одна новость, — говорю я, стараясь не выдать волнения.
Муж чуть напрягается, его взгляд сразу становится внимательным, настороженным.
— Какая?
Я поднимаюсь на носочки и наклоняюсь к его уху. Шепчу едва слышно:
— Я беременна.
Он замирает. Его глаза расширяются, и в них мгновенно вспыхивает свет, счастье, благодарность — что-то такое, от чего у меня самой внутри тепло разливается.
— Уверена? — переспрашивает он, будто боится поверить.