— Тогда зачем все это⁈ — рявкнул я в ответ.
— Думаю, мы скоро узнаем.
С каждой новой потерей со стороны белых или черных расправа над «фигурами» становилась все жестче. Вскоре вся доска была залита кровью и завалена отрубленными частями тел. Сдерживая ненависть, я продолжал смотреть на кровавую игру. На доске осталось всего четыре «фигуры» — три темных и одна белая.
Девушка, совсем еще юная, в длинном балахоне, забрызганном кровью, сидела на коленях и дрожала от страха. Ее взгляд был направлен в нашу сторону и медленно наполнялся безумием. Черные сделали очередной ход. Старик перекрестил несчастную и равнодушно отправился обратно к кривому столу.
Партия была закончена.
Палач оказался рядом с последней «фигурой» белых, размахнулся, чтобы поставить жирную точку в этой партии. Удар! Металл звякнул о камень — жертва вскочила на ноги и устремилась в темноту, навстречу двум сторонним наблюдателям.
— Избавьте меня от этой еретички! — проскрипел старый инквизитор.
Неповоротливый палач устремился следом за беглянкой. Пробежав некоторое расстояние, она исчезла в пустоте, а в следующую секунду вырвалась из темноты и врезалась в меня, упав на землю.
— Видение? — только и успел я адресовать карлику короткий вопрос.
Палач был уже рядом. Взмахнув топором, он попытался разрубить девушку напополам, но я отвел его руку в сторону и нанес прямой удар ногой в область живота.
Крякнув, палач пошатнулся, все же устояв на ногах. Мое преимущество длилось недолго: эффект неожиданности, как всем известно, весьма скоротечен. Злобно прорычав, здоровяк перевел свой взгляд на меня. И тут же получил еще один удар ногой по руке, в которой был топор. Оружие отлетело в сторону. Боковой в челюсть, серия правой и левой. Палач выдержал и эту атаку. Кинувшись вперед, он с легкостью сбил меня с ног, но бить не стал, а просто вцепился в горло.
Борьба — вещь примитивная, особенно когда тобой руководят лишь эмоции. Во всех остальных случаях победителем становится более опытный, проворный и слегка везучий. Высвободив руку, я перешел на удушающий. Палач зарычал! Казалось, что скрипят не только его суставы, но даже зубы. Только я не собирался сдаваться. Моя ненависть к этим кровавым ублюдкам сейчас не имела границ. Я готов был разорвать его на части, положив конец бесчеловечным злодеяниям.
— Merda! Bastarda! — выдавил из себя палач.
Конечно, он просто не рассчитал силы. Здесь привыкли оценивать внешние габариты, а не истинные умения бойца. Впрочем, дело еще было в тех мышечных усилителях, что я имел в своем арсенале.