Самым большим, мощным, технологически совершенным и наиболее грозным воздушным кораблем из находящихся в составе Корпуса Тринадцатой Стражи был «Громовержец». Оснащённый сразу двумя силовыми установками, огромный вытянутый трёхпалубный фрегат, способный нести как и разведку, выполняя функции приграничного рейдера, так и десантировать до полусотни закованных в броню тяжеловооруженных воинов. Десять дальнобойных орудий, дополнительные мотогондолы, усиленный бронированными листами корпус, сверхмощные защитные руны, нанесенные на оболочку и остов корабля. Одна команда насчитывала почти сорок человек. Спущенный со столичных стапелей почти десять лет назад и переданный в Лютоград, он по праву считался одним из лучших кораблей Ордена.
Я, наивный, рассчитывал, что мы отправимся в Новоград именно на нём. Кречет же, посмеявшись от души, сообщил, что ни за что на свете не оставит город без самого вооружённого и мощного воздушного судна. А пойдём мы на уже знакомом нам «Икаре», чью команду укомплектовали новым бортовым чародеем. Разведывательный рейдер был так же прекрасно приспособлен к дальним перелётам, а по скорости ему, наверно, и равных не было среди небольшого флота Цитадели, насчитывающего около двух десятков кораблей различных классов.
Конкретные сроки в бумагах, подписанных самим Императором, не стояли. Приказано было лишь явиться быстро и незамедлительно. А в наших суровых северных условиях это довольно растяжимые понятия. Но как бы там ни было, указания о начале сборов к отправке в Столицу Кречет отдал практически сразу. Подготовка пообещала занять не более двух дней. И все это время наш капитан был предельно собран и сосредоточен. Как мне шепнул сержант Корнедуб, за все время несения службы еще ни разу Командующего Корпусом не вызывали в Столицу, откуда он когда-то был буквально изгнан и отправлен в ссылку на северные рубежи.
Стоило ли нынешнее событие расценивать, как свершившийся факт того, что бесконечные рапорты Кречета о состоянии дел на сегодняшний день наконец-то нашли отклик у высшего командования и дошли до канцелярии самого Государя, никто не мог сказать. Но случай был и впрямь из ряда вон выходящим. Вряд ли Император захотел просто повидаться с несущим службу на самом дальнем аванпосте Империи строптивым капитаном и наследником и правнуком главного предателя государства, сожжённого на столичной площади почти сто лет назад.
Кстати, мое участие в предстоящем путешествии вызвало немало недоуменных вопросов как у командующего, так и среди рядового состава. И если Кречет, немного похмурнев, просто отказался озвучивать свою версию, на кой черт в Столице понадобилось мое присутствие, то среди рядовых бойцов вовсю начали гулять смешки и дружеские подколы. Часовые дружно гадали, чем это таким я смог заинтересовать самого Коренева и не желает ли он устроить мне личные смотрины, наметив в качестве будущего зятя? По слухам, две дочери Императора слыли одними из первых красавиц Столицы. И были не замужем. Короче, все ржали и зубоскалили. Я же, как и мои деды-командиры, искренне недоумевал.