Софья замигала индикаторами на голове, приветствуя нас, Центурион повернулся, увидел нас и тут его откровенно перекосило.
— Опять вы!
— Опять ты, — буркнул я. — Найди себе какое-нибудь место уже.
— Я пытаюсь! Но вы всё заняли. Это ваш андроид? Кто позволил?
— Да тихо вы! Без вас тошно! — зашумели голоса других абитуриентов.
— Извините, — обратилась ко всем Софья.
Она встала, и андроиды-тумбочки тоже спрыгнули со стульев. Один из них приземлился на ногу Центуриону, причем, похоже, не совсем случайно, и, как будто этого показалось мало, они еще и окружили его и вытолкали из зоны подготовки. Софья мигнула головными индикаторами и вышла за своей бандой. Мы, не дожидаясь развития событий, быстро заняли освободившиеся места и открыли книги. Тут наш чат снова ожил.
Группа «Универ»
Софья: Это мне куратор посоветовал занять вам места. Он сказал, что сегодня будет много народу. Вам это поможет?
Дима: Еще как!
Софья: ?
Дима: Да, очень поможет. Большое тебе спасибо
Софья : Замечательно. У меня получилось влиться в ваш коллектив?
Дима: Еще как!
(Софья печатает)
Дима: Да, супер, мы тебе очень рады
Софья: Я поняла:)
Мы проводили взглядами удаляющуюся Софью и толпу тумбочек, из цепкого окружения которых пока не мог выбраться Центурион. И пока она не ушла далеко, я решил еще кое-что прояснить.
Риц: А твои помощники тоже поступают?
Софья: Да, это тоже абитуриенты. Я поделюсь с ними вашими материалами, если вы не возражаете.
Риц: Нет, без проблем, делись
Баклан наклонился ко мне и прошипел:
— Заметил, она отправляет сообщения прямо из головы? Не руками. Не с планшета.
Я кивнул.
— З — Зависть.
Мы тихо хихикнули, погрузились в работу и просидели почти до закрытия, зато успели почти всё. Переписали задания из монстроучебников, там же отсканировали и проверили правильность. Я чудом перехватил Баклана, который прямо в библиотеке хотел открыть слитые Глебом варианты — никому нельзя верить! Спалились бы ни за что, ни про что. Хорошо, что заметил. А Баклан только руку к груди прижал в знак того, что больше не будет.
За день народ вокруг нас сменился два раза. Центуриону в конце концов удалось отбить себе место за дальним столом, так он его чуть забором не огородил. Сдавал он, как бы это ни было отвратительно, ту же самую математику, логику и историю мира, что означало, что в перспективе любой из нас может встретить его на своем факультете. Вот бы он вообще не поступил! Тут я одернул себя, напомнив, что мировой запас упертых дебилов не ограничивается Центурионом, и где-то всегда есть новые.