Виктория Вашингтон, Екатерина Юдина
Мужское общежитие — адское место. К тому же, строго запрещенное для девушек. До сих пор не верилось, что у меня хватило ума сюда пробраться. Вот только, выбора мне не оставили. Совершенно. Если срочно не встречусь с Ним, умоляя прекратить все это, завтра во всех мельчайших подробностях познаю, что такое безжалостный, особенно изощренный конец всему, чему только можно. В первую очередь — мне.
Выглянув из-за очередного поворота, я, убедившись в том, что коридор пуст, побежала дальше, стараясь совсем не создавать шума и даже задержав дыхание.
Но уже от этого места по коже бежал холодок. Четвертый этаж — место обитания местных отморозков. Сюда даже другие парни не заходят, но так получилось, что мне нужно встретиться именно с самым главным здешним отбросом и, остановившись рядом с его дверью, я нервно подняла руку, после чего тихо постучала в дверь.
Сердце гулко забилось в груди, а паника подступила к горлу и сковала его невидимыми цепями.
Сейчас было четыре часа ночи, но я понимала, что он не спал. Видела полоску света под дверью. Но Он все равно открыл не сразу. Лишь после того, как я постучала еще несколько раз, дверь распахнулась и я, нервно подняв голову, увидела главаря местных ублюдков.
От одного взгляда на него кожу пронзило раскаленными иглами и внутренний панический голос тут же завопил, чтобы я немедленно бежала прочь. Спасалась.
Он огромный. Около двух метров. Широкоплечий и с полностью пустыми глазами. Массивный, настолько что это даже пугало. Темные, практически черные волосы растрепаны. Кожа смуглая и в некоторых местах покрытая татуировками. Из одежды лишь штаны и футболка темного цвета.
— Привет, Аш, — мой голос сильно дрогнул, но я тут же произнесла: — Мне нужна твоя помощь.
Я нервно переступила с ноги на ногу, чувствуя на себе его мрачный взгляд. Примерно так смотрят на ничтожество. Так, будто лишь один мой вид у него вызывал полное отторжение. Как мусор, внезапно возникший под дверью.
— И почему же моя придурошная младшая сестра решила, что может рассчитывать на мою помощь? — от тяжелого голоса Аша по коже скользнули раскаленные угольки.
Он даже не спросил, что у меня случилось. Не захотел узнать, что загнало меня сюда, хотя понимал, что я бы так просто, к нему не пришла. Ашу было абсолютно плевать.
— Пусти меня к себе, — попросила, пытаясь унять дрожь в голосе, вызванную диким волнением, которое распространялось по телу. — Если меня кто-то увидит в мужском общежитии, я потом в колледже таких проблем огребу, что мало не покажется. А мне бы хотелось решить те, которые у меня есть сейчас. Ты мне правда очень нужен.