Первый охотник Церкви был плохо знаком со школой Менсиса, но про пережившего ритуал беглеца знал.
Было нетрудно сопоставить, почему ритуал учёных прошёл столь для них плачевно. Очевидно, Песочному человеку он не слишком понравился.
— Карл Джей, переживший ритуал учёный школы Менсиса, — задумчиво произнёс Людвиг. — Мы совсем не думали поймать тебя при подобных обстоятельствах.
— Всё подвластно воле Хозяина из Песка, — улыбнулся широко Карл. — Раз мы встретились, то это лишь значит, что так он того захотел. Ни больше, ни меньше.
Настоящий фанатик — вот кого перед собой видел Людвиг, чувствуя к бывшему учёному лишь океаны презрения. В золотистой мантии, она вся была в грязи, не добавляя внешнему виду мужчины красоты. Скорее, жалости.
— Стоило ли оно того? — сжал священный меч в ножнах Людвиг, нависнув над Карлом. — Одарил ли Песочный человек тебя знаниями ?
Последнее, чего ожидал Людвиг, было то, что Карл засмеется. Безумно, столь громко, что охотникам пришлось вжимать фанатика в сырую землю, но тот совсем не успокаивался.
— Мы говорили про космос! Про фундаментальные законы природы! Про энергии и бесчисленные миры! Пока вы мучаетесь от разъедающего душу чудовища, мы обрели истинный покой и надежду !
Людвиг покачал головой.
— Вас ждёт лишь безумие и смерть. Неужели опыт Мастера Миколаша тебя ничему не нау…
Первый охотник Церкви не успел договорить.
Что-то произошло.
Нечеловеческие инстинкты закричали об опасности, запах проповедника изменился, он перестал смеяться, обмякнув на земле.
Впрочем, тишина продлилась недолго.
Словно управляемая марионетка, голова Карла резко поднялась.
Видят мёртвые Боги, Людвигу стоило огромных усилий выдержать взгляд твари, что уставилась на него.
Это был уже не сбежавший учёный.
— Твой меч… — ласковым, полным истеричного безумия голосом пролепетала сущность. — Интересная побрякушка. Ты нашёл её в лабиринтах птумерианцев? Я вижу в ней беспокойный дух… Эта тварь внутри говорит с тобой, не так ли?.. Направляет тебя, делится тайнами? Ах, это так прекрасно…
— Ч-что…
В голове вновь раздалось ржание лошади. Ярость захлестнула охотника, здравомыслие на миг покинуло его. Охотник вытащил сияющий прекрасным, потусторонним светом меч, желая покончить с тварью быстрее, чем она успела что-то натворить.
Это был уже не сбежавший учёный.
Остальные фанатики, словно дожидаясь этого момента, одновременно заговорили:
— …жалкие души, что каждую ночь трясутся за свои жизни!..