Зачем? Я не понимала.
В бессилии упала поперёк кровати, закрыла лицо ладонями, начала всхлипывать, впервые за несколько дней моего заточения.
Отчаяние – глухое, безнадёжное, давило каменной плитой, не позволяя трезво думать.
– Тамара? – на пороге появился Гагарин. Оглядел меня сочувствующе, пока я неуклюже поднималась, всхлипывая и размазывая слёзы по лицу. – Не стоит так убиваться, всё наладится. Ты молодая, красивая, обеспеченная женщина…
– Жаль – не помню об этом, – огрызнулась я.
– Память – дело времени, – спокойно ответил Юрий Павлович.
Сколько раз я слышала эти слова от Мирона в Сапчигуре – селе, которое успело стать для меня родным.
В Сапчигуре… Сапчигуре… Мне нужно попасть в Сапчигур… Точно!
– Какого времени? – впилась я взглядом в Гагарина. – Когда мы полетим в Москву?
– Если всё пойдёт по плану – завтра.
– Я должна забрать свою кошку! – заявила я неожиданно твёрдо, ловко спрыгивая с кровати.
Гагарин сделал шаг назад, осмотрел меня с подозрением.
– Какую кошку? Про которую говорил Мироновский? – сощурился, скептически глядя на меня.
– Он говорил про кота, – подчеркнула я «кота», сделав акцент. – И я понятия не имею, про какого кота он говорил. Он просто смеялся надо мной, зная, что я не помню, был ли у меня кот. Вот и всё, – развела я руками, старательно изображая досаду, перемешанную со злостью и обидой. – У меня в Сапчигуре была кошка, Мурка, я хочу её забрать.
Настоящее имя называть не стала, что-то внутри подсказывало, что не стоит этого делать.
– Ты сможешь купить миллион кошек, Тамара, – расслабленно улыбнулся Гагарин.
– Но мне нужна моя, – скривила я губы, словно собиралась заплакать. – Это ведь простая просьба – забрать кошку, – заморгала я, старательно собирая слёзы.
– Хорошо, я отправлю человека за твоей кошкой. Мурка, говоришь?
– Она не пойдёт к постороннему. Помните, как вцепилась в вас? – напомнила инцидент у поленницы.
– А, эта кошка? Настоящая дикарка, – ухмыльнулся в ответ. – Ни в чём не могу тебе отказать… и так с самого детства. Через полчаса за тобой придут, собирайся.
Оделась я в спортивный тёплый костюм, по наитию решила, что это именно то, что необходимо. Пуховик, удобные ботинки, шарф в три обхвата шеи, шапка, перчатки.
Я словно в поход собирались, в крайнем случае – на горнолыжный курорт, а не съездить в комфортабельном автомобиле в сопровождении охраны в дом Мирона…
В последний момент схватила ремешок, выдернув из шлёвок шёлкового платья, в котором ходила к Мироновскому, сунула в карман пуховика.
Пришло ясное понимание, что те несколько фраз, которые он сказал в камере, не были случайны.