— Работайте, я его остановлю.
Я хватаю одну из досок от сцены и выскакиваю на поверхность. Летун, который выясняется не только летун, но еще и обладает телекинезом, теперь висит прямо надо мной.
То, что он собирается ударить меня с ноги по лицу, я сразу понимаю. Недолго думая, замахиваюсь доской и бью его по ноге в тот самый миг, когда бьет он.
Летун вскрикивает от боли и отлетает на несколько метров. Я швыряю ему вдогонку доску — она ударяет его в живот и гулко падает на пол.
Летун окидывает меня яростным взглядом:
— Ну все, теперь ты точно не жилец! — сквозь зубы злобно произносит он и вскидывает руки.
Щепки и доски поломанной сцены взмывают вверх, опасно зависая над моей головой, в тот самый миг, когда всю эту груду древесины он собирается обрушить на меня, что-то с ним вдруг происходит, он хватается за горло и начинает брыкаться.
Я быстро отскакиваю в сторону, оставшиеся без контроля парящие в воздухе доски падают на пол. В это самый миг перед глазами высвечивается огненная надпись:
«Поздравляю, Иммун! Все одержимые и ты заняли Башню. Отныне светоносное войско не имеет права вас атаковать, а вы становитесь полноценными членами огненного легиона. Но не стоит расслабляться, впереди тебя и твоих одержимых ждет много трудностей по восстановлению партии и возвращению величия огненному легиону. Во славу огня, во славу Императора!»
«Четвертый уровень доступа к информации открыт».
Все способности повышены до десяти минут.
Сквозь быстро всплывающие надписи я замечаю, как корчится от удушья, а после кулем падает на пол светляк летун. Видимо, Палыч пришел на подмогу, только вот его в поле зрения нет.
Но это сейчас неважно. Мы наконец-то это сделали. Нюра сумела закончить, мы вступили.
— Мы заняли Башню! — восклицаю я, мой голос эхом проносится по актовому залу.
Мишка осторожно выбирается из-под обломков, а после на всей скорости несется ко мне, а подбежав, нерешительно замирает.
— Мы заняли Башню, — уже тише говорю я, улыбаясь во весь рот.
Мишаня радостно округляет глаза, кажется, он еще до конца не верит, что все позади. Наконец, он дает волю эмоциям и даже подпрыгивает на месте:
— Ура! Леня! Мы ее заняли! Теперь мы в безопасности! Теперь я серх! Теперь! Теперь!… — от нахлынувших эмоций он, кажется, даже как говорить забывает, а просто резко подается вперед и обнимает меня изо всех сил.
Слегка помешкав, я тоже обнимаю его.
Нюра с удивлением и опаской таращиться на нас. а затем тоже начинает неуверенно улыбаться.