— Как говоришь, зовут того мясника, что обещал персам кирдык?
— Мясника? — Гуруш с важным видом изображает работу мысли, но я знаю, что он все прекрасно помнит, но не может не растянуть это мимолетное ощущение собственной значимости.
Потакать его маленьким слабостям мне сегодня совсем не хочется, и я бросаю на него суровый взгляд.
— Мне повторить⁈
Память Гуруша в момент прозревает, и он выдает имя:
— Так это, Диодор из Гераклеи! В Пергаме не так давно, год или два всего.
«Надо бы поговорить с этим Диодором!» — решаю я и прохожусь взглядом по двору, надеясь увидеть хоть кого-нибудь, кто бы смог составить мне силовую поддержку. Ведь откровенничать с пятнадцатилетним юнцом солидный купчина вряд ли станет.
Никого подходящего не видно: все, кто помог бы мне в таком деле, сейчас в лагере.
«Туда с час пешком, или верхом — полчаса. — Поднимаю взгляд на солнце, прикидывая, какая сейчас часть дня. — Если послать гонца сейчас, то часа через полтора кто-нибудь уже вернется».
Еще один взгляд на небо говорит мне, что к этому времени будет уже конец дня и мясник может уйти с рынка.
«А где его потом искать? — Мысленно прикидываю перспективы. — Придется расспрашивать, а лишнее внимание привлекать не хотелось бы. Значит, надо будет ждать до утра!»
Я уже настроился, и откладывать на завтра мне не хочется, поэтому бросаю оценивающий взгляд на Гуруша.
«С силовым давлением он мне не поможет, но все ж таки взрослый мужчина!»
Отряхнув тунику, делаю первый шаг и киваю ему:
— Пошли что ли, покажешь мне этого Диодора!
В мясном ряду остро пахнет кровью и подтухшим мясом. Рой мух вьется над прилавками, терроризируя как продавцов, так и покупателей. Хотя и тех и других уже немного. Основная торговля идет с утра, а сейчас уже так, по мелочи. Остались лишь те, кто не распродался утром и все еще надеется впарить остатки.
Гуруш за моей спиной шепчет мне в ухо:
— Вон тот, здоровый, с черной бородой.
Смотрю в указанном направлении и действительно вижу в одной из лавок скучающего бородатого бугая. Изредка поглядывая на редких покупателей, тот сидит в тени навеса, а мальчонка лет десяти яростно отгоняет мух от выложенного товара.
Подхожу ближе и, остановившись перед прилавком, осматриваю куски мяса. Они уже немного обветрились, но на вид свежие, явно сегодняшнего забоя.
Взгляд бородача без малейшего интереса прошел сквозь меня и остановился на стоящем позади Гуруше.
— Чего тебе? — Мясник даже не оторвал задницу от деревянной колоды, давая понять, что не видит в этом странном чудаке покупателя.
Гуруш молчит, а я достаю из кошеля тетрадрахму и демонстративно кладу ее на край прилавка.