Далее последовал рассказ о том, как получив от меня сведения о неизвестном с татуировкой — который, возможно, приятель Катиного зятя; и возможно, сотрудник охраны «Шереметьево-2» — старший лейтенант Гринев предпринял ряд оперативных действий. По своим каналам он вышел на списки службы охраны аэропорта. Не поленился сам несколько раз под всякими предлогами сгонять туда — за тридевять земель, черт возьми, на противоположную от Выхино сторону Москвы. Не пожалел личного времени, которого у опера угрозыска всегда в обрез. Походил, посмотрел своими глазами…
— Вычислил? — сказал я почти утвердительно.
— Вычислил, — подтвердил он. — Убедился: это он. Сто процентов! Никаких сомнений.
Тут Андрей чуть прервался.
— Но уверен — это одно, — внушительно произнес он, — а взять — другое… И связи вычислить! Это главное.
Старлей доложил о своих разработках по начальству. Конечно, начальство так и ухватилось за них и, конечно, поставило в известность свое начальство — Главк, то есть Управление МВД по Москве (Петровка, 38). Там тоже, конечно, вцепились мертвой хваткой — дело резонансное, головоломное и головомойное, а тут реальный след!.. За разработку взялся МУР. Создана оперативная группа с привлечением сотрудников с «земли», то есть из районных отделений.
— Вас тоже привлекли? — спросил я.
— Нас — да, — Гринев усмехнулся. — Трех человек. Еще двое ребят из Долгопрудного. По территориальному принципу. А если ты имеешь в виду меня, то с этого момента давай на «ты».
— Давай, — я улыбнулся.
— Так вот: привлекли нас и аккуратно так дали понять, что если отработаем как надо в группе, то можем ожидать перевод в МУР. А это, сам понимаешь, другой масштаб, другие перспективы…
— Да ты что⁈ — я постарался восхититься. — Конечно! Это же взлет. Космос, можно сказать!
Старлей с трудом не выдал удовольствия от моих слов.
— М-да… Ну, поживем — увидим. А пока только дел прибавилось. От здешней-то работы никто меня не освобождает… Ты, кстати, по той задаче поработал в общежитии? Ну, о чем мы говорили?
Он невольно понизил голос.
— Конечно, — сказал я. — Но реальных результатов нет. А подозревать… Ну, это несерьезно. Подозревать можно кого угодно, хоть самого себя.
Андрей поморщился:
— Да уж… Здесь ты прав. Все это — хрень, честно говоря. От бессилия. Практически, ведь мы не знаем, кого искать. Словесные портреты?.. Да ничего, никаких примет. Мужчина среднего роста в черной куртке?.. А может, не среднего. А может, не в черной… А! — от махнул рукой. — Вот и ищем иголку в стоге сена. Здесь какой-то другой подход нужен.