Тогда.
Сейчас же Виктория допивала второй бокал вина и знала, что это на него покушались. А в голове стучало только одна мысль.
А не отказаться ли ей от мечты? От мечты и договорённости с Орловым. Жизнь — она дороже раскопок.
Бестужев напрягся. Мясистые крылья носа дрогнули. Взгляд стал тяжёлым, словно он замахнулся булавой и раздумывал, дать ей выскользнуть из рук или шандарахнуть по башке.
Я приготовился к отражению атаки. Основной урон возьмёт на себя пальто. Потом я атакую кинжалами, чтобы сбить концентрацию графа, и выпрыгну в окно. План, конечно, не победный, но унести от него ноги уже победа. Он ощущается сильнее Конрада Бергсона, так что, в одного я его не затащу.
Пальцы Бестужева шевельнулись. Магическое зрение показало, как по его каналам потекли элементы энергии и стихий. Я напрягся и, да ладно…. Заклятие правды?
Лицо Бестужева расслабилось, а взгляд подобрел.
— Магистр, — покачал он головой, — пока ещё лишь магистр.
— Хорошо, — протянул я, осторожно кивая, и он рассмеялся.
Громко, оглушающе рассмеялся, словно гигантский хриплый филин.
— Не напрягайся так, Кирилл, — махнул он рукой, и я почувствовал, как магия в нём успокаивается, — я не причиню тебе вреда.
— Приятно слышать, — я не стал отпускать силу, слишком он какой-то странный.
— Мог бы, не скрою, — Бестужев отсмеялся и посмотрел на меня, — даже хотел, но ты прошёл проверку.
— Проверку? — удивился я, — на что?
— Понимаешь, — Бестужев встал с места и, подойдя к двери, открыл её. — Чаю с плюшками, Филипп.
Дверь закрылась, а Бестужев вернулся и развалился в кресле. Он напоминал медведя, который нежится на солнышке, настолько его лицо выражало довольство.
— Дело в том, — продолжил Бестужев, — что война твоего деда с твоим отцом произошла не просто так. Дмитрий хотел, вернее его покровители, — поправился Бестужев, — хотели заполучить то, что находится в Лоснёвке. Но твой дед смог сохранить секреты рода Орловых, и продолжил оберегать их по сей день.
— И Вы, — кажется, я догадался, — проверяли меня на интерес к наследству? Не засланный ли казачок?
— Именно, — улыбнулся Бестужев, — но твоё удивление было искренним, ты ни сном, ни духом о секретах и не рвёшься за ними. Значит, твой выход из рода и восстановление Орловых не очередная попытка подобраться к Лоснёвке.
— Совсем не попытка, — хмыкнул я, а затем хмыкнул ещё сильнее, от чего Бестужев слегка нахмурился. Я тут же пояснил: — забавно, как вы с дедом оберегаете секреты, которые, дело времени, всё равно попадут в руки победителей. Война же проиграна.
— Проиграна, — кивнул Бестужев, — но условия наши.