Говорят, вышло из самой Небесной Кузницы. Боги знают, правда, или нет. Но сейчас ничего более подходящего я не выдумал.
— Ты! Ты правда убьёшь меня⁈
— А что не так? Я — бог. Я пришёл восстановить правосудие. Этим клинком я казнил тысячи тёмных тварей за их грехи, а потом рассеивал их грязные души. Поздравляю. Ты станешь у меня десятитысячным!
Что угодно, лишь бы напугать, подавить волю… отключить разум, критическое мышление! Заставить поверить: я Бог, а он сейчас по-настоящему умрёт!
Он поверил. О, он ещё как поверил. Среди рыдающих и корчащихся тел, он сам зарыдал и забился головой об окровавленный пол, прося пощады.
Я решил не тянуть время. Сейчас лучший момент.
— Небеса не знают жалости! — пафосно прогремел мой голос, став вдруг басистым и зычным. — Прощай навсегда, тварь!
Удар! — и голова отделилась от плеч, катясь по полу. Я вложил в этот удар, в эту речь, столько волевых усилий и даже энергии души, что теперь просто стоял и тяжело дышал. Озирался, ожидая подвоха.
Подвоха не оказалось, сон не заканчивался. Если бы парень просто проснулся, как обычно просыпаются после смерти, меня тоже выбросило бы из сна силой его разума.
Если бы я не сумел его убить, сон бы продолжился. Но нет. Всё застыло, утратило краски — особенно то, на что я сам не желал смотреть.
Но тело и голова всё ещё тут. Окровавленный клинок в моих руках. А значит теперь этот кусок Царства Сна — мой сон! Значит, я окончательно избавился от его прежнего хозяина!
А потом я почувствовал его душу. Да, она осталась здесь, покинув реальное тело. Осталась в этом астральном измерении… и сейчас тянулась ко мне!
Я насторожился. Прикрыл глаза, объял этот мощный эфирный сгусток разумом. И понял, что это не вся душа. Лишь её демоническая часть, сверхреальный концентрат.
У разных существ ведь разная, как мы всегда это называли, степень реальности души. Это то, насколько крепко они вплетены в саму ткань мироздания.
У всяких призраков и духов с ней совсем всё плохо — она даже вещественное тело не у всех может порождать, даже если сама она бессмертна.
У смертных разных видов — куда лучше. Мы имеем вещественные тела, мы способны к труду, к активному преобразованию мира. Нам снятся сны и у нас есть общественное сознание.
Ещё более реальны те, кого обычно называют духами творения, или воплощённые духи. Смертные, которые обрели бессмертное начало и избавились от плоти. Таковы, скажем, джинны. Или Звёздные Духи типа Альтаира.
Именно таким могу стать и я, если не справлюсь со своей проблемой.
Только вот ни простые духи, ни мы, ни даже воплощённые и в подмётки не годимся бессмертным вещественным сущностям. Демонам, тотемам, хтоническим чудовищам и, конечно же, богам.