— Я рада, — сняла она темные очки, — что вы понимаете необходимость этих мер. Психически нездоровые люди во всех странах встречаются.
— Я здесь ни разу еще не был, — продолжил тему Дин, разглядывая паркет и рисунки на стенах, — красиво, ничего не скажешь. И люстра очень большая, я таких не видел.
Но тут его рассуждения были прерваны еще одним сотрудником, на физиономии которого было написано «я из КГБ».
— Товарищ Рид? — обратился он к певцу.
— Да, это я, — усмехнулся тот, поняв русский без перевода, а еще подумал — кто же еще тут может оказаться после двойной проверки документов и сличения фото.
— Пройдемте со мной, — показал он рукой на шикарную мраморную лестницу, — и вы, товарищ Бережная, тоже пойдете, будете переводчиком на встрече.
По дороге Оксана решила разнообразить тягостное молчание и кратко прокомментировала помещения, мимо которых они проходили.
— Сейчас мы поднимаемся по так называемой Шохинской лестнице — главная лестница во дворце, отделана гранитом и мрамором, по бокам у нее две аллегорические фигуры, обозначающие правосудие. Вон там (и она показала направо, когда они поднялись на второй этаж) бывший кабинет Ленина, где он жил на заре Советской власти. А здесь (и она показала налево) бывший кабинет Сталина… он сам жил на первом этаже, а государственные обязанности исполнял тут.
— Очень интересно, — откликнулся Рид, — а кабинета Брежнева здесь нет?
— Леонид Ильич управлял страной из другого места, — пояснила Оксана, — но действующий глава государства товарищ Романов снова вернулся сюда — в его кабинет мы сейчас и двигаемся, — наконец раскрыла она цель визита.
— Давно хотел посмотреть на вашего генсека, — сообщил Рид, — про него много чего рассказывают.
— Что, например? — заинтересовалась Бережная, но ответить на этот вопрос Дин не успел, потому что они прибыли к конечному пункту своего маршрута — к двери со скромной табличкой «Генеральный секретарь ЦК КПСС Романов Г. В.».
Здесь они в третий раз подверглись осмотру, после чего были допущены в высокий кабинет.
— Добрый день, товарищ Дин Рид, — Романов встал со своего кресла и пожал ему руку примерно на середине длинной ковровой дорожки, — как добрались?
Разговор естественно велся при поддержке Оксаны, в дальнейшем эта подробность опущена.
— Долетел удачно, — ответил Дин, — болтанки и воздушных ям по дороге не встретилось. А ИЛ-86 отличная машина, ничуть не хуже Боинга-747.
— Фирма Ильюшина, — Романов счел нужным поддержать отечественный авиапром, — высоко держит марку. В войну лучшим штурмовиком была их машина ИЛ-2, а потом у них были еще такие отличные разработки, как ИЛ-18 и ИЛ-62. Сейчас они работают над усовершенствованной версией ИЛ-86, скоро она появится на рынке.