-Здесь нет никакой тайны. Когда мы с полковником Шереметевым обсуждали возможность дополнительного контроля над посетителями Зимнего, мне пришла в голову сия идея, — говорю почти правду, так как именно тогда я вспомнил про пропуска с фото, — Мы накануне всей семьёй посещали фотографа, наверное, это стало побудительной причиной подобного предложения. Что касается картотеки — это обычный архив, только теперь к нему будет прилагаться изображение преступника с описанием всех его данных, вроде цвета волос и глаз, а также роста.
-Странно, что никто не догадался об этом до вас, — ехидно усмехнулся Лосев.
-Открою вам тайну, Александр Михайлович — всё уже придумано до нас. Даже самые великие научные открытия опираются на базу, созданную предшественниками. Чаще всего, учёные просто дорабатывают чужие идеи. И я не исключение, — возвращаю жандарму усмешку, — Просто один знакомый граф весьма наблюдателен и любит читать. Французские полицейские начали фотографировать преступников ещё двадцать лет назад. Только делали они это бессистемно и почему-то предпочитали изображать арестантов в полный рост. Моё предложение заключается в том, чтобы сделать акцент на анфасе и профиле лица. Заодно у человека замеряется несколько показателей. Предстоит ещё большая работа по выявлению параметров организма, которые не меняются с возрастом, которые необходимо фиксировать. Но в любом случае уже перечисленные приметы, будут дополнены информацией о родинках, шрамах и размера черепа.
-Сдаюсь, но остаюсь при своём мнении, граф, — Лосев примирительно поднял руки, — Вы хороните свои таланты в третьем отделении. Вам надо переходить в жандармерию или полицию.
-Спасибо, я подумаю, — отвечаю с улыбкой.
Мне ещё не хватало бегать, как ищейка по городу. И так работы хватает, но она гораздо легче. После того как мы задавили практически все тайные общества и кружки, нашими новыми целями стали казнокрады. При этом я не расслабляюсь и веду агентурную работу. Сотрудниками экспедиции завербовано более двадцати человек, вхожих в учёные и аристократические круги. Так что разного рода агитаторов и недовольных стало выявлять гораздо легче.
Далее мы переключились на текучку. Да и просто поговорили на общие темы. У меня не такой большой круг общения, чтобы лишать себя подобного удовольствия.
Возвращаясь от Михаила Николаевича, прокручиваю состоявшийся разговор. Пока нет причин для беспокойства, несмотря на боязнь императора начать вскрывать коррупционную язву. Но и сделано уже немало. Если даже один брат царя поехал в фактическую ссылку, а под вторым закачалось начальственное кресло. Уж слишком противоречивые слухи ходили о деятельности Михаила Николаевича, являвшимся кавказским генерал-губернатором. Многие знающие люди вполне объективно считали его неподходящей кандидатурой для руководства стол сложным регионом. С учётом того, что с братом Николаем у Александра были напряжённые отношения, то всё складывается замечательно! Недаром же я лью столько грязи на царскую родню и некоторых чиновников, используя иностранную прессу. «Колоколу» и не снилось, какие удары можно наносить по российской верхушке всего лишь подозрениями. Надо максимально далеко отдалять растущее семейство Романовых от государственной кормушки.