— Почему?
— Как можно получить недельный отпуск после того провалил экзамен перед Высокой комиссией?
— Можно. У меня вот получилось.
— Не верю! Я слышала про ленинградского обер-прокурора князя Салтыкова. Исходя из того, что слышала, предположу, что за несданный экзамен можно головы лишиться, а не отпуск выделить. Ты сидишь здесь, а значит…
«Рогов у тебя нет — значит выбор невелик», — едва не рассмеявшись, вспомнил Никлас шутку про Техас из просмотренного совсем недавно старого фильма.
— Мироздание часто преподносит самые разные сюрпризы, — пожал он плечами. — Я бы рассказал тебе причины, но пока даже примерно не знаю кто передо мной, раскрывая подробности я могу раскрыть и государственную тайну, — сделал Никлас беспроигрышный ход.
Есения покачала головой, потом подвинулась ближе вдоль круглого столика, чуть склонилась над столом. Взглядом показала Никласу сделать тоже самое; он не сразу понял, но догадался — сделал так же, протянул руку внизу, под столешницей. Ощутил, как Есения ему передала свой перстень.
Выпрямился, аккуратно раскрыл ладонь. Посмотрел на герб и цвета печатки личного перстня девушки. Впечатлился — не каждый обладатель первого ранга в Табеле может позволить себе такой герб и такие цвета. Наверное, уровень светлейшей княжны как минимум — Никлас, как приезжий, пока не досконально разбирался в сословном делении, тем более на таком уровне.
— У меня близкий родственник работает в Кремле не на последней должности, — совсем негромко произнесла Есения, забирая под столом у Никласа перстень. Который она, понятно теперь почему, не носила на людях будучи в мундире практикантки императорских железных дорог.
— Недельный отпуск моей группе выделил лично обер-прокурор князь Салтыков. Сделал он это потому, что некоторые члены Высокой комиссии во время сдачи зачетов отнеслись к своим обязанностям предвзято: проваленный экзамен не является следствием недостаточной подготовки моей группы. Они, эти члены, в свою очередь отнеслись к моей группе предвзято потому, что…
Никлас прервался. Он сейчас раздумывал, стоит ли говорить об истинной причине.
— Потому что что?
— Потому что испытывали ко мне личную неприязнь. Обер-прокурор князь Салтыков не стал опротестовывать результаты, это дорого и долго, а решил пойти другим путем — вывести этот случай в публичную плоскость. Князь не только выделил мне недельный отпуск, а убедительно попросил отметить проваленный экзамен так, чтобы это мимо прессы не прошло. Я снял ресторан в «Национале» на сутки, и почти всей Константиновской командой мы приехали туда кавалькадой на пятнадцати взятых в аренду…