Прямо напротив входа в комнату расположилась крутая лестница. Я подошёл к лестнице и взялся за перила, посмотрев наверх. Эта лестница представляла собой настоящее произведение искусства какого-то неизвестного мастера-авангардиста. Очень узкие ступеньки, очень скользкие, и их очень много. Перила выглядят чертовски неудобными и неустойчивыми. Глядя на них, складывается впечатление, что они отвалятся из-за одного неосторожного движения и погребут под собой и лестницу, и часть дома, и всех, кто имел несчастье в этом доме в этот момент находиться.
Подумав немного, я попробовал пошатать перила. Нет, мне вовсе не показалось. Они могли развалиться в любой момент. В принципе, можно всего-то по этой лестнице туда-сюда бегать много раз в день, и никакие дополнительные упражнения не нужны. Спокойно накачаешь ноги, руки, избавишься от чувства страха и укрепишь вестибулярный аппарат. Да такую лестницу, если подумать, надо за большие деньги сдавать.
Всё, решено, если смогу вернуться домой, уйду из канцелярии к демоновой бабушке, найду создателя этой лестницы, и мы с ним замутим неплохой бизнес. Будем сдавать фито-суккубам за большие деньги. Да что уж там, я даже буду лично тренером подрабатывать. Мы озолотимся, я прямо чувствую это. Так же, как и чувствую, что обязательно найду мастера, потому что для него в родном Аду наверняка отдельный котёл приготовлен.
Лестница привела меня на мансардный этаж. Прямо с лестницы я попал в одну большую комнату. Из-за скошенного потолка она казалась меньше, чем та, что была внизу. Огромная кровать, настоящий сексодром посредине комнаты, два огромных шкафа, трюмо, письменный стол и пара стульев. В принципе, жить можно. Если абстрагироваться от окружающей действительности. Вот только в этой комнате не было людей. А чьи голоса я тогда слышал внизу?
— Ну почему, почему я не послушала в своё время родителей? Они же пытались оттащить меня от дверей Медицинского университета! И почему они всё-таки не настояли на своём? Ведь сами-то знали, куда суёт свою дурную голову их дочурка, с настойчивостью носорога штурмующая этот Олимп и твердящая на одной ноте, что хочет спасать жизни людей… Детей… В общем, понятно, — голос раздавался из-за шкафа.
— И кто у тебя родители, Настенька? — с натугой проговорил Егорыч и вышел, таща огромную кучу книг. Книги были толстые, старые и пыльные. — А-пчхи! — он осторожно опустил стопку книг на пол. — О, Денис Викторович вернулся. А мы вот шкафы освобождаем. Только один шкаф нужно спустить вниз.
— Зачем? — я почесал затылок, представляя, как мы будем его тащить по той жуткой лестнице. Нет, если уменьшить вес, то будет полегче, но всё равно не слишком удобно. Можно было бы и с размером поэкспериментировать, но почему-то мне казалось, что такого кощунства он не переживёт и развалится на куски, когда будет принимать свою изначальную форму.