— Проходите! — послышался всё тот же суровый голос, после чего стальная массивная дверь сдвинулась в сторону.
Открылся длинный коридор уходящий вдаль. Мы прошли вперёд и остановились возле желтой черты с вежливой надписью: «Стоп!»
Это «стоп» позволило нам оглядеться. Хотя смотреть-то особо не на что. Стены окрашены в мышиный цвет, пол покрыт щербатой плиткой, а потолок украшен массивными металлическими балками, с которых гроздьями свисали видеокамеры.
— Двигайтесь вперёд, — раздался голос, после чего дверь за нашими спинами громко хлопнула. — Вам нужна камера под номером тринадцать!
Мы двинулись вперёд. Перед нами отходили в сторону решетки дверей, закрываясь за нами. Я насчитал около двадцати, пока мы бухали по плиткам.
Внутри коридора царила атмосфера уныния и безысходности. От тоски хотелось повеситься.
Чтобы хоть как-то развеяться, посмотрел в открытые окошечки пары пустых камер. Для развития кругозора, так сказать. Камеры были маленькими и тесными, с металлическими дверями и скудным освещением. В общем, не номера пятизвездочных отелей с видом на морской берег. Попадать сюда вообще не хотелось.
— А может, мы вернёмся обратно? — с тоской в голосе спросила Чопля. — Может, ну её на хрен? Разбирались как-то без неё, разберёмся и на этот раз?
— Нужно идти вперёд, — покачал я головой. — Наша провидица Маша не видит рукоять. Я не знаю, что это за колдовство, но без помощи мы не справимся. И вообще — мы почти пришли. Не разворачиваться же возле финишной ленточки.
— Да фиг с ней, с этой ленточкой! — тут же возразила Чопля. — Я и без неё проживу сотню лет. Мне этот комбез на грудь давит и подмышками натирает. А ещё я хочу…
— Ты хочешь остаться и завершить начатое, — поджал я губы, а потом смягчился. — Пойми ты, дурочка, только от тебя зависит наше будущее. Если Кощей найдёт остальные части меча раньше нас, то мы у него их вовек не допросимся!
В это время из двери камеры слева раздался грозный рык. Следом удар в дверь. Гул пошел по всему коридору, а по поверхности двери сверкнула электрическая молния.
В камере тут же прозвенел крик боли, следом пролился скулёж и запахло жженой собачьей шерстью. Марина прижалась ко мне ближе, содрогаясь уже всем телом.
— Так давай же примемся за поиски! — с жаром воскликнула Чопля, отскочив от страшной двери подальше. — Я могу под листьями пошарить, в берлогу к медведю заглянуть, в пещеру к дракону на пони въеду! Только давай уйдём отсюда…
— Мне тоже не по себе, господин, — проговорила Марина.
— Женщины! — прикрикнул я. — Возьмите себя в руки! Утром вы были гораздо смелее! Куда же сейчас делась ваша смелость?