Я сидел у костра, глядя на карту, разложенную на коленях. Теперь мои владения простирались на десятки вёрст. Три новых прииска. Сотни новых рабочих. Огромные запасы нетронутого золота, которые Рябов не сумел взять.
— Не жмёт корона-то, Андрей Петрович? — тихо спросил Игнат, подсаживаясь рядом и протягивая кружку чая.
— Не корона это, Игнат, — ответил я, обводя карандашом границы новых участков. — Это хомут. Тяжёлый, железный хомут. Теперь за всех этих людей отвечать нам. Рябов их морил голодом, а мы должны дать им жизнь.
— Справимся, — уверенно сказал он. — Ты же видел, как они на кашу смотрели. За тобой теперь в огонь пойдут.
— В огонь не надо, — усмехнулся я. — Пусть в забой идут. Золото само себя не намоет.
Следующие две недели были похожи на вихрь. Я разрывался между «Лисьим хвостом», новыми приисками, городом и дорогой между ними.
На «Лисьем хвосте» оставил Елизара и Волка командовать, они знали дело и могли держать всё под контролем в моё отсутствие. Игната и Савельева отправил восстанавливать первый прииск на Вишере — самый перспективный из всех.
Степан курировал бумажную работу и найм людей. Архип мотался между приисками, чиня оборудование, восстанавливая механизмы, обучая новых кузнецов.
Люди потянулись. Медленно, осторожно, но потянулись. Сначала по одному-двое, потом группами, потом целыми семьями. Крестьяне из окрестных деревень, бывшие рабочие разорившихся приисков, беглые солдаты, искавшие честного заработка, даже несколько бывших людей Рябова, которые раскаялись и просились обратно.
Я вместе с Игнатом отбирали каждого. Смотрели в глаза, задавали вопросы, проверяли руки — рабочие они или нет, слушали, как говорят, ловили ложь. Пропускали тех, кто казался нам честным и готовым работать. Отсеивали пьяниц, воров, тех, кто искал лёгкой наживы.
— Почему хочешь работать у меня? — спрашивал я.
— Слышал, что вы платите… честно, барин, — отвечали мне. — И не бьёте. И кормите досыта.
— Правда. Но и спрос будет жёсткий. Работать придётся много. Если схалявишь — накажу, если украдёшь — выгоню без расчёта. Идёт?
— Идёт, барин. Мы готовы работать. Только дайте шанс.
Я давал шансы. Много шансов. Потому что понимал: эти люди — такие же, как я когда-то. Попали в дерьмовую ситуацию не по своей вине, пытаются выжить, ищут хоть какую-то справедливость в этом жестоком мире.
К концу месяца на новых приисках работало уже сто двадцать человек. Ещё столько же ждали своей очереди — мест не хватало, хоть бараки и строились с утра до ночи.
Я внедрял на новых территориях те же порядки, что и на «Лисьем хвосте». Чистота, дисциплина, учёт, справедливость. Горячая еда три раза в день. Баня раз в неделю обязательно. Отхожие места подальше от жилья и источников воды. Строгий запрет на драки, пьянство в рабочее время, воровство.