Двигатель нашего «Метеора» взревел. В салоне мигнул свет и резко запахло сиренью.
— Аспект воздуха минус, — совершенно спокойным голосом сообщил водитель. Зайцев же дёрнул меня за руку, пытаясь увести из сектора обстрела. Я подчинился, несмотря на то что артефактный ствол стрелка вышел из строя, и его владелец лихорадочно жал на спусковой крючок. Одновременно с этим его напарник пытался продавить педалью газа пол, но мёртвый двигатель уже не реагировал на управление.
Впереди рвануло. Дымящаяся головная машина с грохотом подлетела на несколько метров вверх, перевернулась и обрушилась на асфальт. Наш водитель выкрутил руль, уходя от столкновения. Дымный росчерк из зимнего леса медленно таял, выдавая позицию стрелка.
— Ваше сиятельство, прошу вас, не поднимайтесь, — обратился ко мне Константин, оглядываясь.
— Предпочитаю сражаться стоя, или, хотя бы, сидя, — вежливо, но уверенно я принял исходное положение.
Машину тряхнуло, а последний из сопровождающих нас «Патриотов» потерял управление, перекувырнувшись через выросшую яму. У нас в салоне появился дым.
— Аспект земли первый минус, — прокомментировал водитель. — Ваше сиятельство, приказы?
— Жми, Лёва, на полную, — бросил Зайцев. — Михаил, кажется, вы кому-то очень крепко насолили. Но не волнуйтесь, всё под контролем. Этот автомобиль имеет несколько степеней защиты.
— Аспект земли второй минус.
Я обернулся. За нами мчалось два автомобиля. Основной поток развеялся после крушения первого «Патриота». Наш «Метеор» вильнул, обходя очередную попутку. Из обгоняемой машины на нас испуганно посмотрел мужчина в очках, везущий куда-то ребёнка. Мальчуган лет восьми задумчиво выводил на запотевшем стекле узоры и наверняка не ожидал, что в дороге может приключиться беда большая, чем невероятная скука поездки.
— Тормози, — приказал я водителю, калеча обе машины преследователей.
— Ваше сиятельство, я не имею права…
— Я сказал — тормози! — рявкнул я. Лев бросил взгляд на начальника, но мне не подчинился.
— Михаил, поясните! — потребовал Зайцев.
Ладно, заторможу сам. Я нащупал даром колодки и сдвинул их. «Метеор» завизжал шинами. Машина с ребёнком умчалась дальше, прибавив скорости. Лев с трудом справился с управлением, выраванивая движение «Метеора», и когда наш автомобиль остановился посреди дороги, я распахнул дверь и вышел. По нашей полосе поток иссяк, а вот по встречной летели по своим делам грузовики и легковушки.
— Лев, остановите движение. Как хотите, — приказал я. — Но постарайтесь, чтобы никто больше не пострадал.