Когда уже сил не осталось, он упал на спину, тяжело дыша.
— Как ты это делаешь, — ахала женщина, продолжая содрогаться от спазмов. Четырнадцать оргазмов за полтора часа выжали её как губку.
— Хочу трахнуть тебя по — настоящему, — выдал Макс неудовлетворённо.
— Даже не представляю, что может быть лучше, — прошептала Двести девятнадцатая и вдруг загрустила.
Повернулась на бок, посмотрела на мужчину своими похотливыми голубыми глазищами и поняла, что не хочет расставаться с ним.
— Теперь ты будешь жить тут, — брякнула она мягко, но повелительно.
И зажил землянин во дворце у «королевы лунной». О работе забыл, стал кушать вкусно, пить постоянно, периодически плясать голышом и заниматься «лёгким петтингом». Оприходовал бассейн и выклянчил стимулятор мышц. В прежней коморке зеркал не было, поэтому насколько он сдулся, тяжело было судить. А вот в покоях главы сектора в отражение взглянул и ахнул.
Хозяйничать в каютах женщины Макс приспособился быстро. Когда она отлучались на тумбе нашёл подозрительные красные пилюли. Такие же были у Лены на полочке перед рукомойником. Забыть тот день невозможно, как и последние минуты в ванной комнате, перед отъездом в Шереметьево. Ему уже тогда показалось странным почему красных пилюль мало, а жёлтых целая пачка нетронутая? Здесь была аналогичная ситуация. На всякий случай Макс прихватил по две штуки и сунул себе в карман. Авось это лекарство от рака!
Пользуясь своим положением, Макс попытался убедить женщину не обижать рабочих и относиться к ним с пониманием. Они ведь, как и она, далеко от дома. Сейлормун посочувствовала во время оргазма, но потом всё равно осталась при своём.
Казалось, что жизнь землянина наладилась. Но всё хорошее когда — нибудь заканчивается. Шестнадцать смен они резвились без забот. А потом в самый разгар сексуальных игр в каюте вырубился свет, и только через минуту загорелся тусклый аварийный.
— Какого хрена? — Вырвалось из перепуганной женщины.
Макса беспокоило не сколько электричество, сколько ощущение вибрации под ногами. Балла четыре по шкале Рихтера прошлось по их комнате за секунды. И если учесть, насколько офис главы сектора защищён, это говорило о некоем катаклизме. Макс и раньше ощущал дрожь под ногами, отдыхая в коморке, но она была незначительной, мелкой. А эта… будто грунт поехал, плиты разошлись и каких — нибудь бедняг придавило.
Двести девятнадцатая ринулась к панели управления и попыталась понять в чём может быть дело.
— Филимон⁈ — Рявкнула женщина, нажав кнопку проводной связи. — Слышишь меня⁈ На связь, придурок!