Сияние совершенно ослепило меня. Я потерялась в пространстве и, кажется, слишком долго
падала. Гораздо больше времени, чем требуется, чтобы растянуться во весь рост на асфальте.
Едва я это осознала, как наткнулась в ослепительном сиянии на чье-то тело. И с облегчением
вцепилась в него, забыв даже извиниться на наглость. Пусть меня многие считают хамкой, но
если мне искренне и бескорыстно помогают, я всегда благодарю. И стараюсь чем-то помочь в
ответ. Этот раз не стал исключением. Осознав свою оплошность, я открыла рот, чтобы сказать
простое «спасибо», но в этот момент сияние, наконец, погасло, а мое зрение прояснилось. И я
ошарашенно уставилась в неимоверно синие глаза.
Я успела заметить лишь острые льдинки в сказочно красивых синих глазах, темные брови, будто
нарисованные художником, и модную трехдневную небритость на впалых щеках, когда поймавший
меня индивид гневно рыкнул мне прямо в лицо:
— Дамочка, вы рехнулись: вот так прыгать на короля? А если бы я не успел дать отмашку
стражникам?
Не успев подумать, я язвительно переспросила:
— На кого-кого? Короля? А тебе, приятель, наглости, я смотрю, не занимать!
Синие глаза сначала расширились будто от шока. Потом сузились. Словно их обладатель уже
подписал мне смертный приговор, и сейчас определялся с видом казни. Даже меня пробрало от
этого взгляда. И я неловко отвела в сторону глаза, силясь придумать, как выкрутиться из
нелепой и щекотливой ситуации. И наткнулась взглядом на смутно знакомого темноволосого
мужчину, стоящего не далее как в шаге от меня и моего спасителя. А дальше меня накрыл шок.
Мужчине, насмешливо разглядывающему меня, было от силы лет тридцать. Серые, прозрачные
глаза, гладко выбритое лицо, в целом ничего примечательного. Если не считать длинных,
стянутых в аккуратный хвост волос, и одежды. Грифельно-серого цвета камзола, или как
называется этот длинный пиджак, пышного кружевного жабо, прикрепленной к нему под
подбородком сверкающей броши и темно-фиолетового, с теневым узором жилета.
— Вот гоблин ушастый! — почему-то вырвалось у меня. Хотя обычно в таких ситуациях я
использовала выражения покрепче.
Сероглазый рассмеялся. А тот, на чьей шее я по-прежнему висела, неожиданно выдал:
— Не по сценарию, Себастьян! И не смешно! Обычно это твоя дорогая супруга обзывала меня
гоблином! — А потом уже мне, слегка встряхнув меня, чтобы обратить на себя внимание: —
Девушка, вы кто? Подруга Каталины?
Сероглазый решительно покачал головой: