Автор: Анастасия Феникс
– Ах… Ахх… Да…
Я стояла, в ужасе прижав ладонь ко рту и не в силах даже пошевелиться. На лбу, вопреки всему, выступил холодный пот, а ноги едва не подкосились. Я чудом устояла.
А упасть вполне были причины! Ведь я сейчас стояла аккурат напротив кабинета мужа, в котором сплелись в страстном танце два обнажённых тела: его и моей сестры. Волосы Агнесс были непривычно растрепаны, а пухлые губы приоткрыты, пока её пальцы впивались в его спину с невероятной жадностью.
Адриан не сдерживался. Он двигался с поражающей воображение грацией и жаждой, при этом настолько ласково и нежно касаясь её бёдер, что у меня перехватило дыхание.
Меня он так не касался никогда… Он меня в целом, не касался…
Запрокинув голову, Агнесс закричала и упала спиной на бумаги, раскидав их по комнате, пока Адриан, ускорившись, доходил до собственного пика, которого достиг с громким рыком и чешуёй, проступившей на висках и лопатках. Приподняв тело моей сестры, он что-то шепнул ей на ухо и поцеловал её шею, заставив её хрипло рассмеяться.
Они даже меня не видели.
А я просто смотрела. И запоминала.
За пару минут до…
Жар… Как же жарко… Мамочки…
Я всхлипнула, чувствуя, что у меня поднялась температура, причем до немыслимых значений. Я буквально горела, не в силах даже открыть глаза, которые будто налились металлом. Само тело казалось чугунным и неподъемным, я ничем не могла пошевелить, будто меня разом разбил паралич. И все же я медленно подняла веки и, превозмогая боль, слабость и жар, села на кровати, чувствуя, что меня ко всему прочему ещё и знобит.
– Ах-хах… Да…
Да что за звуки? Как стоны какие-то…
Что вообще со мной?!
Заболела я что-ли? Вряд ли. Но что тогда? Почему мне так плохо?..
– Да! Да! – уже крик, ударивший по моим ушам так, что я сама застонала, прижав ладони к ушам. Мамочки, как мне плохо!
В горле как будто образовалась настоящая пустыня с миллионом песчинок, что сейчас медленно драли изнутри мою глотку, заставляя кашлять. Причем кашляла я безостановочно и… кровью…
«Агнесс… Нужно позвать Агнесс», – мелькнула в голове шальная мысль, которая тут же забилась другой:
«Где я вообще?! Кто такая Агнесс?!» – но она тут же ускользнула, сменившись другой:
«Агнесс… Сестра поможет»…
Я захотела крикнуть, но из горла вырвался лишь сип, больше похожий на последний хрип умирающего. Мой голос совершенно отказывался мне подчиняться, будто я часами кричала и попросту сорвала его, а сейчас требую невозможного от своего же тела.