Раздавать жильё бесплатно не имело смысла — люди тут же приватизировали бы его. Это как выстрел в ногу. Поэтому Жека решил побазарить с Сахаром. Как Александрыч отнесётся, если Жека опрокинет комбинатовских очередников. Ехать неохота было, поэтому просто позвонил по телефону, на виллу босса. Однако тот велел приехать.
— Приезжай, Соловей, я тебе обрисую кое-чего. Побазарить за одну тему надо.
Недоумевающий Жека на служебке с Романычем потащился после работы в Абрикосовый. Мимоходом заметил пустующую лыжную базу. Чёрт его знает… То ли не работает, то ли заказов нет…
Перед домом Сахара стояли несколько машин. От народной Нивы до германского Ауди. Похоже, то ли гулянка, то ли просто пьют.
— Подожди меня тут, — попросил Жека Романыча. — Я долго не буду. Нечего мне тут делать.
Сам пошёл по расчищенным от снега каменным плитам вдоль пустого летнего бассейна. Половина дома выглядела нежилой. Зимой в доме Сахара Жека ещё не бывал, поэтому с удивлением смотрел на закрытые летние комнаты и террасы. В наружней половине дома зимой жить не возможно, но в другой, зимней половине довольно тепло, топился камин, и всё также посередине дома неярко светился бассейн с бирюзовой водой.
У Сахара многолюдно. Элеонора с родителями, отец с матерью, Светка. Какая-то родня из деревни, бабка. Междусобойчик походу. Оттого и машин много перед особняком. Увидев Жеку, особо никто не обрадовался, кроме Сахарихи, едва заметно улыбнувшейся. Как будто Жека набивался на эти посиделки…
— Садись, Жень, — Элеонора показала рукой на свободное место напротив себя. — А мы тут наш отъезд с родины отмечаем така сказать.
— Эх, не трави, дочка! — горестно вздохнул её отец, Николай Семёныч. — И так уже последнее время как не в себе.
— Всё будет хорошо, папа, не переживай! — улыбнулась красавица. — Мы к этому долго шли.
— Давай-ка, Евгений, остограмься! — поднял рюмку отец Сахара, Александр Иваныч. — А то плакальщики и плакальщицы тут одни собрались. А я рад за Ромку. Мужик захотел, пообещал, и сделал. А родина… Она там, где ты. Да! Где русский человек осядет, там и будет его родина! А берёзками полюбоваться, можно и раз в год приехать, никто слова не скажет!
Однако Сахар всё равно был задумчив. Наверняка думал, что и как тут оставляет. А оставлял он тут родителей, и сестру, причём в достаточно серьёзное время. Походу и решил позвать Жеку, прочитать нотацию напоследок. Еле дождался авторитет, чтоб соблюсти правила приличия, и дать гостю выпить и закусить, а то сразу позвал бы курить.
— Соловей, пойдём-ка посмолим! — позвал он наконец-то.