— Если ты не отменишь этот договорной брак, то будь уверен, что завтра на церемонии я откажусь от звания твоего наследника, — иду ва-банк, потому что знаю, что жить нормально не смогу, ощущая, что эта договоренность душит меня.
2
Я всегда стремился к власти, как и мой отец. Равнялся на него, хотел быть таким же справедливым и уважаемым, выполнял все его приказы, но этот…
Лучше сдохнуть, чем на ней жениться. И отец знает, что если я сказал, то именно так и сделаю.
— Пусть выходит за Германа, если тебе так нужны родственные связи с ее семьей. Я даже готов уступить ему место первого наследника.
Отец смотрит на меня разочарованно. Конечно, ведь я раскидываюсь наследием, которое он годами кропотливо нарабатывал. Он знает, что Герман никогда не откажется от такого шанса. Да и это всегда было его желанием.
Гнев заполняет некогда спокойное и холодное лицо отца, а потом он, пробасив, зовет моего брата.
Смотря мне прямо в глаза, отец оглашает свой приговор.
Он думает, что наказывает меня этим, но я испытываю лишь облегчение, когда слышу:
— Ты женишься на Серафиме вместо своего брата и станешь моим прямым наследником, Герман.
Смотрю на брата, тут же меняющегося в лице. Ему всего двенадцать, что он может понимать в наследстве и влиянии отца? Однако он гордо улыбается и благодарит его. Крутая выдержка, чего обо мне не сказать.
Я радуюсь за него, за себя, за Серафиму, которая избавится от участи быть нелюбимой женой.
— Ты пожалеешь об этом, — говорит отец, переводя на меня взгляд. — Но будет поздно.
Меня это только смешит, но я держусь. Радость в душе растекается по венам, заставляя мышцы дрожать от предвкушения.
Я свободен. От нее.
Жаль лишь одно… Что отец все-таки был прав.
3
Глава 2
За 7 лет до основных событий
Сима
— Это платье тебе очень идёт, милая! — говорит мама, проводя пальцами вдоль позвоночника по мягкому бордовому велюру.
Оборачиваюсь и смотрю в ее глаза. Она плачет.
— Мам, пожалуйста! — касаюсь ее красивого лица, и она закрывает глаза.
— Я не хотела этого…
Ее голос становится звонче, а слёзы все увеличиваются.
— Ты не можешь этого изменить. Все равно все решено. Все смирились со своей судьбой. И я уж точно, — успокаиваю ее, в то время как себя успокоить не в силах уже многие годы.
— Сегодня тебя официально представят перед женихом и его семьей. Ты точно готова к этому? Теперь у вас будут… свидания, — мама отворачивается, не выдерживая моего смиренного взгляда. Она все эти годы билась за моё право самой выбирать себе спутника жизни, но отец непреклонен.
Даже доводы мамы о том, что они поженились, потому что полюбили друг друга, его не переубедили. Власть меняет человека. И чтобы укрепить ее, он готов пожертвовать собственным ребёнком.