— Привет, я уже ухожу, — кивнула она ему, подхватила свою шляпищу от солнца, чтоб не сгореть в полминуты, и хотела уже отвалить наружу, но не вышло.
— Доброе утро, — хмуро сказал хозяин. Или не хмуро, а это он всегда такой? — Ты в порядке?
— Да, спасибо. Прошу прощения, что запёрлась сюда вчера, но я не знала, куда ещё. Выметусь сразу, как только мне укажут направление.
— Что-то не похоже, что в порядке, — покачал он головой.
— Ну так я на передовую пока и не рвусь. Посплю хорошенько пару дней, а потом буду годна хоть к чему, — пожала плечами Тея. — Завтрак во сколько?
— В восемь, — он поднялся, и она его оценивающе оглядела.
Хорош, чёрт загорелый. Но, походу, правильный. Был бы неправильный — уже бы сгрёб её в кучу и того, и самому хорошо, и ей восстановиться побыстрее. Ну да ладно, первый раз, что ли?
Тея быстро запихала все оказавшиеся снаружи вещи в рюкзак, а рюкзак поставила в угол у двери. Кажется, кто-то вчера ржал на тему, что девке делать на военной базе? Надо пойти проверить. Что-то говорили про тренировку до завтрака в шесть сорок пять, она как раз успевает. Раз до еды — наверное, тренировка не магическая, а просто так, побегать и потянуться ей будет только на пользу.
На улице она сразу увидела тренировочную площадку — туда тащился народ от двух корпусов, видимо, там и живут, и ни в одном из них вчера не нашлось для неё места. Ну да, она должна была прибыть только завтра, вместе с Рыжим и Сверчком, но она не жалела — хоть разберётся, что тут как, и парням потом расскажет.
Народ представлял собой исключительно мальчиков разного возраста. Прикольно. Тея пришла в Легион после академии, в двадцать три, то есть — восемь лет назад. И женщин там хватало. Не говоря о матушке, светлейшей герцогине Саваж, прослужившей в общей сложности пятнадцать лет, три контракта, прежде чем совсем уйти в преподавание. Потому что куда девать таких, как они? В охрану для статусных и богатых дам? Можно, но скучно. Просто в охрану? Так туда можно кого-нибудь, кто послабее. А в Легионе ей самое место. Жанно сказал, если она здесь ничего не провалит — то может рассчитывать на поощрение, а много поощрений — путь к повышению, все это знают. И это он сказал не потому, что они родня, он вообще к ней обычно со всей строгостью, ей случалось и взыскания получать, и в антимагическом ошейнике пару раз сидела — поначалу, когда легко срывалась. Теперь-то научилась себя в узде держать, и если уж и прикалывалась над кем-нибудь, то так, чтоб без последствий, чтоб только в процессе смешно или неприятно. А вообще, если её не трогать — то и она сущий ангел, белый и пушистый. Примерно как подруга Пазетт — чёрный и пушистый. Эх, жаль, что она сейчас на другом задании, вот бы они тут развлеклись, в стране непуганых мужиков!