— Разрешите выполнять⁈ — я подскочил с места.
Возможно, чересчур резко, чтобы Ода уловил едва заметную иронию.
— Идите, — поморщился Ода-сан.
Это он может сесть и поехать на «Мерседесе» босса, а мы с Такуей вынуждены ходить пешком и ездить то на автобусе, то на синкансэне, то на метро. Как какие-то нищеброды. Да мы и были нищебродами в данный момент. Я потратил всю свободную наличность на переезд (домовладелец запросил двойную оплату за первый месяц в качестве залога), Такуя в целом богатством не блистал. Больше понтов, чем реального богатства.
— Да, дайко, — кивнул я.
Такуя-кун тоже поднялся и попрощался. Мы вышли из офиса, спустились по лестнице на парковку, зашагали прочь.
— Знаешь, в чём твоя проблема, Кимура-кун? — спросил он, закуривая на ходу сигарету.
— Не припомню, чтобы у меня были какие-то проблемы, — пожал я плечами.
— Ты слишком дерзок со старшими, — сказал он.
— Аники…
Он даже не стал слушать.
— Считаешь себя самым умным? — перебил он. — Я таких уже много повидал. Все они плохо кончили. Я не потерплю неуважения к Одзава-сану или Ода-сану, понял?
— Плохо кончили… Это как именно? — хмыкнул я, тоже закуривая, пока мы остановились на пешеходном переходе.
— Кто-то в заливе. Кого-то просто изгнали. Не думай, что ты окажешься лучше или удачливее них, понял? Знай своё место, кобун, — ткнул меня пальцем в плечо Такуя.
Я поморщился, но говорить ничего не стал, всё равно не поймёт. Для него сама идея неповиновения была кощунственной. Как там он говорил в кабаке… Мы, якудза, пули, выпущенные нашим оябуном. Дескать, мы все просто оружие. Никакой свободы воли, никакого выбора, никакой самостоятельности.
Меня такое положение дел не устраивало. Но и сделать я пока ничего не мог.
— Куда идём, аники? — спросил я, желая переменить тему.
— Возвращать отнятое, — буркнул он.
Яснее не стало, в эту категорию входило сразу несколько точек в нескольких районах. Мало того, что Тачибана-кай увели у нас клиентуру, так и Накамура, подлый предатель, забрал с собой всех, с кого собирал дань, чтобы передавать её уже Кодзиме.
По факту, осталось у нас всего пара-тройка заведений, которые не стали прогибаться под шантаж Тачибаны. Салон пачинко, принадлежащий нашим корейским друзьям, клуб маджонга и, как ни странно, лапшичная семьи Ироха. Все они находились под жёстким прессингом, о чём регулярно сообщали в офис, но пока не решались оставить нас.
Одзава-кай специализировались на игорном бизнесе. Легальном и не очень, короче говоря, окучивали человеческие пороки. Жадность, зависть, гордыню, тщеславие, всё, что сопровождало падких на лёгкий прибыток лудоманов. Давали в долг, выбивали с процентами, мошенничали со ставками, и так далее. Конечно, не гнушались и других видов заработка, но это были скорее побочные доходы, основная прибыль шла всё равно от игроков.