Автор: Марина Сумцова
Я кладу на стол распечатку и выравниваю листы, как будто от этого зависит, смогу ли я выдержать разговор.
— Я сразу оговорюсь, — произношу спокойно. — Это не попытка “начать сначала”.
Саша откидывается на спинку стула, смотрит на папку передо мной и коротко кивает:
— Да понял уже. Давай к делу.
Я открываю первый лист.
— Пункт один: имущество. Всё, что у нас было до… — запинаюсь на долю секунды и заставляю себя продолжить, — до развода и после него, остаётся у каждого своё. Никаких претензий.
— Формулировка “до брака” и “в период брака”, — спокойно уточняет Саша. — Ты хочешь, чтобы то, что куплено сейчас, тоже не делилось?
— Хочу, — я отвечаю быстрее, чем думаю. — Чтобы не было сюрпризов. Ни тебе, ни мне.
Он берёт ручку, но не подписывает — просто подчёркивает строку в своих бумагах.
— Хорошо. Дальше.
Я переворачиваю лист.
— Пункт два: компания. Я передаю тебе часть своего пакета акций (а если точнее пятьдесят процентов моего пакета) сразу после регистрации. Это гарантия.
Саша впервые за весь разговор смотрит не в текст — открыто таращится, будто впервые видит.
— Ты серьёзно? — спрашивает Чернов.
— Более чем.
— Играем по-крупному. Готова расстаться с деньгами? — его голос ровный, но в нём появляется осторожность.
— Готова. Это чтобы у тебя не было соблазна соскочить в последний момент, — цежу я. — И чтобы ты понимал: я настроена довести это до конца.
Он молчит пару секунд, потом кивает, будто принимает правила игры. Хотя он хитрый, может и обдурить. С такими людьми, как Чернов, надо всегда быть начеку.
— Тогда это надо прописать так, чтобы ты потом не смогла оспорить, что тебя вынудили, — предлагает он. — И чтобы я не выглядел мудаком, который воспользовался своей бывшей.
— Пропиши как угодно, — фыркаю тихо. — Мне нужен результат.
Я листаю дальше.
— Пункт три: жильё. Мы не обязаны жить вместе. По умолчанию каждый у себя. Встречаемся, когда…
— Нет, — перебивает он. Да ещё и таким тоном, будто ему все вокруг что-то да должны.
Я поднимаю взгляд на Сашу, потому что чувствую, как он таращится на меня.
— Что ещё за “нет”?
— Совместное проживание, — говорит бывший. — Это условие.
— Александр, — произношу медленно, сквозь зубы, разве что яд не сочится, — мы не…
— Мы будем жить вместе, — повторяет он твёрдо. — Иначе это превращается в полный фарс. Хочешь “формальность” — получишь её в суде при разделе. Здесь — не формальность.
Я чувствую, как во мне поднимается злость, и вместе с ней — странное, слишком знакомое бессилие.